Книга Кровь Древних Королей, страница 38 – Ким Сониль

— Я принес вам подарок. Не думаю, что эта вещь по-настоящему достойна вас, Лоран, но я постарался выбрать лучшее из того, что было в оружейной. В лесу вы бились очень храбро, считайте это выражением моего восхищения.

Лоран взяла подарок обеими руками. Эмер ободряюще подмигнул. Зашуршала, разворачиваясь, ткань, и на свет показались длинные ножны синего цвета, украшенные едва заметным узором. Пока Лоран любовалась подарком, Эмер сказал:

— Мечу нужны ножны, так же как гневу нужна сдержанность.

Лоран повторила эту фразу про себя. Улыбнулась.

— Благодарю вас.

Урмас легко поместился в новые ножны, будто те сделали специально под него.

— Я подожду вас снаружи. Позовите, когда будете готовы пойти на ужин.

Эмер вышел, закрыв дверь. Переодеваясь, Лоран обдумывала, что только услышала. Король Камори, пусть и скрывал легкое презрение к ее родословной, дал ей ценный урок: королем можно стать, заслужив признание народа. Эмер считал, что королями становятся избранники судьбы. Лоран не знала, кто из них прав, и не верила в свои убеждения так же сильно, как два каморийца. Интересно, что дракон разглядел в ней тогда, в той пещере, подсвеченной всполохами синего пламени?

Лоран достала Урмас из ножен и встала на ноги. Она не верила в себя, значит, должна была довериться чутью других. Глядя на Урмас, подарок дракона, и ножны, подарок Эмера, Лоран повторила:

— Я принцесса Арланда. И я стану его королевой.

Кейн оставил Ариен у Лукреции, хозяйки публичного дома. В прошлом году одну из ее девушек убили на улице. Кейн нашел убийцу. Стражники не хотели заниматься тем делом, но местные жители связали его с другими похожими случаями в других районах столицы и серьезно встревожились. Именно Лукреция попросила Кейна разобраться.

Он преследовал убийцу почти две недели, и финалом погони стала жестокая схватка на крыше. Кейн никому не говорил, как сильно ему тогда досталось. Преступник порезал его тем самым ножом, которым убивал своих жертв и уродовал их лица. Лукреция не расспрашивала о ранах, только сказала, как всегда мягко и спокойно, что в большом долгу перед ним. Кейн не знал, что стало с убийцей после того, как его забрали охранники Лукреции. Помнил только, как гримаса волнения ушла с ее невозможно прекрасного лица.

Кейн с юных лет знал, что должники могут быть очень полезными. Сначала он помогает им, а чуть позже они помогут ему. Кроме того, маленький долг постепенно превращается в большой. А если долг не требовать специально, затягивая время, получалось еще лучше.

Спрятать беглого мага – совсем не маленькая просьба, и Кейн боялся, что Лукреция откажет. Но она пустила к себе Ариен, не сказав ни слова.

Кейн спрашивал себя, что ему даст спасение девушки, и не находил ответа. С другой стороны, Пиена в свое время кормила и учила его, двенадцатилетнего мальчишку, не рассчитывая, что получит что-то взамен.

Заведение Лукреции стояло неподалеку от рынка, на котором теснились магазины на любой вкус. Кейн любил рынок. Здесь он видел множество самых разных людей: и продавцов, и покупателей. Каждая лавка отражала характер и происхождение хозяина, так что на фоне суровых имперских каменных построек рынок казался живым и немного беспорядочным.

Под хмурым зимним небом Кейн неторопливо шел между лавками и магазинами, время от времени здороваясь с торговцами. Многие из них были его должниками, но он понимал, что, если на рынок заявится кто-то вроде Септимы и начнет задавать вопросы, эти люди не смогут не ответить.