Книга Повелитель стали, страница 148 – Рейчел Шнайдер

Интересно…

Наклонившись, я провожу пальцем по гладкому изгибу его плеча. И не успеваю ни подумать, ни среагировать, прежде чем оказываюсь на спине с рукой Экера, крепко сжимающей мое горло, и занесенным надо мною кинжалом.

Холлис вскакивает на ноги, держа меч наготове.

— В чем дело?

Глаза Экера проясняются, туман сна уходит из них, и он смотрит на меня. Его хватка на моем горле ослабевает, и я жадно вдыхаю воздух.

— Что, черт возьми, ты творишь? – спрашивает он, положив кинжал на кровать и накрыв его ладонью. Он приподнимает тело над моим, и за несколько мгновений его взгляд, этот взгляд хладнокровного бойца, готового убить, превращается в раздраженный. – Это Джови, – добавляет он, отвечая на вопрос Холлиса.

Рука Холлиса, только что крепко сжимавшая рукоять меча, расслабляется, он опускает клинок, и напряжение уходит из его плеч.

— Так вот что я почувствовал минуту назад.

Экер окидывает меня взглядом, глядит на частично расстегнутую блузку, его брови ползут вверх, когда он видит нижнее белье и открытые бедра, между которыми вжато его колено.

— Ты не видишь ее? – спрашивает он, не сводя с меня глаз.

— Нет, не вижу, – отвечает Холлис, но я не смею отвести глаз от горящего взора Экера. – У тебя такой вид, будто ты пытаешься поймать призрака.

Экер встает на колени и садится на пятки с непроницаемым выражением лица.

— Говори, – приказывает он мне. Я понимаю, что улыбаюсь, сама не зная почему.

— Говорю.

Экер не сразу отрывает от меня взгляд, но я успеваю заметить, что уголки его губ слегка приподнимаются, однако он подавляет улыбку, перед тем как посмотреть на Холлиса.

Тот качает головой.

— Я ничего не слышу.

Экер переносит внимание обратно на меня.

— Ты сейчас спишь?

— Последнее, что я помню, – это то, что я спала. Бо успела выпить полбутылки бренди, когда я легла.

Экер ругается, снова посмотрев на Холлиса.

— Бо пьет.

Холлис хватает со спинки стула рубашку и решительно выходит из комнаты.

Я в замешательстве смотрю на Экера.

— Она пьет только тогда, когда ей трудно справиться со своей силой. Когда эмоции вокруг становятся слишком интенсивными… это выше ее сил, – говорит он, осторожно подбирая слова.

Впрочем, мне все равно трудно сосредоточиться на том, что он говорит. Я отодвигаюсь, пока не прижимаюсь спиной к стене, и он замечает это движение, быстро переведя взгляд сначала на мои сжатые бедра, затем обратно на мое лицо.

Непристойные звуки, которые всю ночь доносились из-за здешних тонких стен, начинают казаться мне уже не фальшивыми, а соблазнительными, пока мы смотрим друг другу в глаза. Затем я резко просыпаюсь от звука бьющегося стекла.

— Ты такой серый, – хнычет Бо, и ее спутанные темные волосы рассыпаются по лицу. Она тянется к Холлису.

— Почему ты не сказала правду, когда я спросил, все ли с тобой в порядке? – спрашивает он, обняв ее. Я еще никогда не видела его таким ласковым, как сейчас, когда он гладит Бо по спине. – Ты же знаешь, что так нельзя.

Бо утыкается лбом в грудь Холлиса, и костяшки ее пальцев белеют, когда она вцепляется в его рубашку.

— Прости.

Его гнев мгновенно улетучивается. Прижав затылок Бо к своей груди, он ставит бутылку на маленький столик у двери. Входит Экер и, увидев эту сцену, плотно сжимает губы, осознав, что Бо плачет.