Книга На перепутье. Даард, страница 58 – Ника Летта

Советник пошатнулся. Хвост резко ударил по камню.

— Даард, — голос Дахора донёсся будто издалека, но очень чётко. — Не смей.

Он даже не посмотрел на него. Не мог. Потому что Вика в этот момент подняла голову и наконец увидела его лицо. Увидела всё сразу: вертикальные зрачки, заострившиеся черты, сведённые ядом губы, напряжение в плечах, хищно подобравшийся хвост.

И страх на её лице стал настоящим. Она уже видела такой его взгляд, в тот день с неудачным перевоплощением в юного змайса.

Советник почувствовал, как зверь довольно дёрнулся. Он с такой силой впился когтями в собственную ладонь, что старая рана раскрылась глубже. Кровь хлынула по пальцам, тёплая, липкая, живая.

— Не… подходи… — выдавил он хрипло и отчаяно бросил уже эльфийке — Уведи ее!! Немедленно!

Дахор схватил его сзади, удерживая от непоправимого. Внутри советника раздирало от противоречивых чувств, а тело требовало крови.

Просто насмешка богов. С отчаянием он наблюдал как его любимая женщина, в ужасе цепляется за эльфийку, и они вдвоем спотыкаясь убегают прочь...

— За чтоо!!! — крик поглотили своды храма.

ДАША

Я пришла в себя рывком. Будто меня не разбудили, а выдернули из чёрной воды за волосы.

Первое, что я почувствовала, — холод. Каменный. Подвальный. Такой, от которого не просто мёрзнешь, а будто медленно околеваешь изнутри. Второе — боль. Голова трещала так, словно мне в затылок засунули раскалённый клин. Третье — запах. Сырость, кровь, металл, гарь от факелов и что-то ещё… сладковато-гнилое, как у логова хищника, который слишком долго жил среди костей.

Я распахнула глаза и несколько секунд просто не могла понять, где нахожусь. Камень. Решётка. Факелы. Темнота за ними. И он.

Красноволосый стоял за прутьями и смотрел на меня так, будто уже давно ждал именно этого момента. У меня мгновенно перехватило дыхание.

Я дёрнулась назад так резко, что боль прострелила спину, и только тогда поняла, что лежу на какой-то узкой лавке, брошенной к стене. Руки свободны. Ноги тоже. Но лучше бы, честное слово, меня приковали. Тогда хотя бы оставалась иллюзия, что всё это — просто плен. А так…

Так я была заперта с существом, которому, кажется, и клетка-то не особенно нужна.

Он улыбнулся. Господи. Лучше бы не улыбался.

Потому что это была не нормальная улыбка. А что-то кривое, слишком довольное, слишком живое, как у ребёнка, который поймал насекомое и ещё не решил, оторвать ему крылья сразу или сперва посмотреть, как оно трепыхается. И зубы... острые.

— Очнулась, — сказал он почти ласково.

Я не ответила и не потому что гордая. Потому что у меня язык к нёбу прилип.

— Это хорошо, — продолжил он, чуть склонив голову набок. — Я не люблю разговаривать с бессознательным мясом. Скучно. Никакой отдачи.

Меня пробрало так, что зубы лязгнули друг о друга. Он это услышал и, кажется, ему понравилось.

Псих медленно двинулся вдоль решётки. Не спеша. Как если бы всё его тело было создано именно для того, чтобы в один момент оказаться рядом. Я забилась в угол и возненавидела себя за это в ту же секунду.

Но остановиться уже не могла.

— Жаль, что Кааиш сдох под обвалом, — задумчиво протянул он, словно говорил сам с собой. — Полезный был червь. Очень полезный. Уши, глаза, маленькие цепкие лапки в нужных местах. А теперь всё самому приходится делать. — он коротко усмехнулся. — Почти обидно.