Книга На перепутье. Даард, страница 44 – Ника Летта

Она тяжело дышала, чувствуя, как бешено колотится сердце.

— Отпустите…

— Когда успокоишьссся.

— Ненавижу вас…

Кончик его хвоста чуть сильнее скользнул по её боку, фиксируя её на месте, и от этого прикосновения она едва заметно вздрогнула ещё раз.

Даард уловил это и голос его стал ещё ниже:

— Запомни хорошо, — произнёс Даард — Мне плевать, чем ты оправдываешь собственную глупость: болью, страхом или отчаянием. Результат один — ты чуть не сдохла. Но если ты ещё раз попытаешшься ссспасти свою шкуру способом, после которого у тебя этой шкуры может не остаться, я сам решу вопрос твоего воспитания.

Потом он всё же ослабил хватку. Так медленно, чтобы она успела прочувствовать каждое исчезающее кольцо и не питала иллюзий: вырвалась не она. Её отпустили.

Аширо похолодела.

— Что?

— Это последняя попытка вбить в твою голову простую мысль: прежде чем лезть в пасть к чудовищу, убедись, что умеешь из неё выходить.

Он выпрямился, сделал паузу. А потом добавил уже совсем спокойно:

— А теперь оденьссся. И попробуй хоть раз за это утро не быть дурой.

Аширо отвернулась резко, чтобы он не увидел, как у неё дрогнуло лицо. Слёзы выступили слишком быстро, и от этого стало ещё гаже.

Но плакать при нём она не собиралась. Только не при нём.

Несколько мгновений она просто стояла, собирая себя обратно по кускам. А где-то рядом уже шумела вода, занимался день, и хищник, с которым её столкнула судьба, безжалостного, почти грубого.

Они вышли к дороге, когда солнце уже поднялось выше деревьев. Лес отпускал неохотно. Ветви цеплялись за одежду, мокрая трава липла к подолу, земля под ногами пружинила от сырости. Аширо шла следом за сашем Маарцем и старалась не смотреть на его хвост слишком часто.

И конечно же она боялась. Глупо было бы не бояться существа, которое недавно без усилия прижало её к мокрому камню и объяснило, что в её голове вместо стратегии — красивая попытка умереть с достоинством.

Но дело было не только в страхе.

После водопада кожа всё ещё помнила прикосновение его чешуи. Хвост тогда обвил её так, будто тело Аширо было не сложнее свитка, который можно свернуть и удержать одной рукой. Она могла сколько угодно ненавидеть его правоту, но тело предательски запомнило не унижение, а разницу в силе.

И это злило.

Даард полз впереди. Уже не слепой в полном смысле — глаза восстановились, но судя по его движениям мир для него всё ещё расплывался пятнами и всё равно он двигался уверенно. Почти не пользовался руками, только иногда касался кончиками пальцев стволов или камней, словно уточнял направление. Хвост скользил по земле спокойно, тяжело, без лишнего шума.

— Не отставай, — бросил он, не оборачиваясь.

— Я не отстаю.

— Ты спотыкаешьссся чаще, чем должна.

— Благодарю за заботу. — ответила она резко, в памяти еще свежи были воспоминания о былом унижении.

— Это не забота. Если ты сломаешшь ногу, мне придётсся тебя нести.

— Какая страшная угроза. — язвительно бросила она.

— Для нас обоих. — не остался он в долгу.

Он даже не попытался смягчить тон. И почему-то это раздражало меньше, чем должно было. Ложная вежливость была ей знакома куда лучше грубости. В родном доме мягкими голосами отдавали самые жестокие распоряжения. У мужа ласковая интонация почти всегда означала, что боль будет долгой.