Книга Сердце в оковах, страница 97 – Кэтрин Болфинч

Я поерзала, задевая член, очертила подкачанные мышцы на животе, подцепила резинку трусов и коснулась его возбуждения. Внутри затрепетало от желания почувствовать его в себе.

Черт возьми. Все во мне буквально горело от желания, чтобы он взял меня прямо сейчас.

— Я хочу тебя, Адам, – прошептала я, ловя затуманенный взгляд. Парень, касаясь одними кончиками пальцев, поднялся к моим щекам, заправил мокрые пряди волос за уши, на губах расплылась ехидная ухмылка. Ухмылка, после которой он говорил что-то невыносимо двусмысленное. Этот раз не стал исключением.

— Помнишь, я сказал, что моя женщина не будет стоять на коленях? Я не имел в виду те моменты, когда она стоит на коленях и стонет от удовольствия. – Все это время его глаза внимательно следили за мной, и я, вместо того чтобы отпрянуть, издала что-то нечленораздельное и поцеловала его, прижимаясь голой грудью к его обнаженному торсу. Стало до безумия жарко.

Адам отстранился, легко перевернул меня, поставив коленями на матрас. Я рухнула грудью на простыни так, что бедра оказались прямо перед ним. И вот снова, абсолютно открытая. И это не вызывало стыда или желания спрятаться, только сильнее распаляло.

Адам провел вверх по моему бедру, дразняще коснулся клитора, а затем плавно толкнулся внутрь, заставляя прикрыть глаза от наслаждения. Не было вспышки боли, не возникло желания съежиться. Я знала, что секс с ним будет прекрасным, так и вышло. Он медленно двигался во мне, иногда ускоряясь, сжимал ягодицы, скользил горячими ладонями по спине, а я цеплялась за простыни, кусала губы до крови и закатывала глаза от удовольствия, что накрывало волнами. Я легко бы растворилась в его объятиях, словно кусочек сахара, растаяла бы, как мороженое под солнцем.

Он не соврал. Я стояла на коленях, подняв пятую точку, и стонала от удовольствия, в полубреду шептала его имя, умоляя ускориться, входить глубже, быстрее.

— Моя храбрая девочка, – хрипло проговорил Адам. – Я так тебя люблю. – Я вздрогнула, застонала громче, закатив глаза, и потеряла контроль над телом, над разумом и душой. Меня будто окунули в море экстаза. По коже побежали мурашки, сосредотачиваясь в одном месте, я скользнула пальцами к нежной коже, желая продлить удовольствие.

Адам шумно выдохнул. Черт, это звучало слишком сексуально. В глазах потемнело, меня снова пробила дрожь, а по бедру потекла теплая жидкость.

Силы разом покинули тело, я распласталась на кровати, позволяя прохладному воздуху ласкать кожу. Адам лег рядом, повернувшись ко мне, осторожно убрал волосы от лица.

— Моя храбрая девочка, – повторил он недавние слова с такой нежностью, что она затопила меня, не дала и шанса вдохнуть. Непрошеная улыбка расплылась на лице.

— Я тоже тебя люблю, мое опасное и темное солнце, – отозвалась я.

В последнее время у меня появилась дурная привычка просыпаться с рассветом. Хотя этой ночью я почти не спал. Все казалось, что дверь откроется и в комнату войдет Вито. Он напоминал таракана или крысу, что спасется даже при взрыве атомной бомбы.

Марго лежала рядом, закинув на меня руку и ногу. Никогда не считал себя однолюбом. До встречи с ней. Черт, да даже когда я решил жить дальше, она ворвалась в мою реальность под руку с мужем, смотрела свысока и обжигала холодом, а теперь… теперь я не представлял, может ли существовать кто-то теплее, чем она.