Книга Сердце сирены, страница 28 – Кэтрин Болфинч

— Ты уверен, что это хорошая идея? – влез Роберт, поджигая сигару.

Тайфун качнул головой:

— Да.

— Мутить воду перед свадьбой?

— Ты будешь только рад, если она не состоится, – саркастично хмыкнул Аарон. – Если кому-то есть что сказать, то я с радостью послушаю, – но все молчали, потому что понимали, что его решение взвешено несколько раз и пересмотрено с разных сторон. Аарон не стал бы подвергать всех риску из-за своей прихоти. И конечно, не стал бы отменять или переносить свадьбу. Я был уверен, что Аарон понимал – если отменить свадьбу сейчас, то Луиза просто-напросто больше не соберется замуж. Я знал сестру. Знал, что она спокойно прожила бы без этого. И знал, что ее, скорее всего, оскорбит такой поворот событий. Хотя если бы нависла реальная угроза, то она бы сама отменила торжество.

— Тогда за работу, у нас всего несколько часов.

— Ты тоже едешь? – удивился я, разглядывая Гонсалеса-младшего. Аарон нахмурился, будто я сморозил полную чушь.

— Конечно.

— И ты правда осознаешь все риски? – вкрадчиво спросил Роберт, выдыхая едкий дым в лицо сына.

— Я делаю это, потому что ты заявился сюда, посмел нарушить все договоренности и привел нас к войне! С каждым днем мне все больше кажется, что ты выжил из ума, – сквозь зубы отозвался Аарон, наполняя прозрачный стакан виски. Хорхе рядом с ним казался подозрительно тихим. Видимо, присутствие Роберта делало из него молчаливого наблюдателя. Было странно видеть Хорхе таким.

Возвращению Роберта никто не обрадовался. Оно принесло больше вреда, чем пользы.

Теперь понятно, почему Луиза не присутствовала на собрании. Она бы покрутила пальцем у виска Тайфуна и упекла бы нас всех в дурку. Хотя в этом вопросе я целиком и полностью на стороне ее будущего мужа. Нельзя оставлять такие угрозы, нельзя молчать в ответ на удары и подставлять другую щеку, потому что однажды один из этих ударов окажется последним, что ты увидишь в жизни. А когда на твоих плечах ответственность за клан, нельзя полагаться на удачу, только на жестокость – единственное, что понимали люди нашего мира.

Мы готовились к ночи весь день: изучали карту местности, готовили оружие и пропуска, обменивались черными шутками и подначивали друг друга. Клуб превратился из заведения для VIP-персон в пункт планирования самого настоящего нападения.

Мы снова потеряли обретенное недавно спокойствие. Но почему-то это не казалось катастрофой. В этом и заключалась наша жизнь – в спуске предохранителя, в шелесте наличных, нецензурных ругательствах, ночных перестрелках и страхе за жизнь. Но правда в том, что отдать свою жизнь за клан – величайшая честь. Именно поэтому отец, Мария и даже Томас Санчес умерли как герои. Их почитали, о них помнили, о них говорили. Пусть при жизни многие вели себя как конченые ублюдки, но если смерть настигла в борьбе за семью, то человек становился легендой.

Нас было около тридцати. Никто и подумать не мог, что наш план рассыпется пеплом прямо у нас на глазах. Никто бы не подумал, что, как только мы выйдем из клуба, раздадутся выстрелы.

Этот клуб явно какое-то проклятое место. Вторая перестрелка за год.

Черт возьми.

Я точно не собирался умирать сегодня. Меня ждала еще одна прекрасная ночь с девушкой мечты.

Итальянцы опередили нас. Но мы все равно ответили.