Книга Между пулей и любовью, страница 48 – Владимир Колычев

— Мне почему не говоришь?

— Как не говорю? Сказал вот.

— Потому что я спросил.

— Рано тебя пока загружать. Лиля, скажи.

— Да ему вообще в санаторий надо!

— Ну так в чем проблема? Поезжайте, денег накину!

— Вы тут и без меня справляетесь? — с обидой спросил Вася.

— Не справляемся. Так что санаторий отставить. У Кайзера все путем. Берет своим пацанам расслабляться не дает, даже Лапоть со своими варягами нормативы сдает, а у Ильяса Челюсть и Клавесин хромают. И Весельчак… — сделав паузу, улыбнулся Рэм.

Боевая подготовка поставлена четко, пацанов гоняют, как будто им на краповый берет к зиме сдавать. И сам Рэм по утрам себе нагрузку такую дает, что до обеда потом ноги едва переставляет. Может, потому и решил принять стволы рано утром, чтобы штангу не тягать. А Весельчак спортивный зал старается обходить стороной, в тире пострелять — это он любит, а бегать, подтягиваться, руками махать — тут он шлангом постоянно прикидывается. А причин у него хоть отбавляй. Все куда-то ездит, с кем-то встречается, своих пацанов учит, как правильно наружку вести, спеца какого-то нашел, консультации у него брал. Что говорить, разведка в бригаде поставлена четко, но сам Весельчак потихоньку обрастает жирком.

— Ну, Весельчаком я займусь, — улыбнулся Вася. — Будет у меня как новенький.

— Легок на помине! — услышав голос Мишки, засмеялся Рэм.

— Смотрите, кого я вам привел! — громыхнул Весельчак басом.

Он шел, обнимая за плечи Луку. Высокий пацан, худощавый, плечи широкие, таз узкий, ноги длинные, сильные. И симпатичный, правильные черты лица, пронзительные глаза, девчонки сохли по нему. Да и сейчас он не обделен женским внимание, та же Лиля на мгновение залюбовалась им.

Стас Лукьянов дембельнулся еще в середине мая, но домой вернулся только сейчас, в самом конце лета. В Питере служил, там и поженился, говорили, насовсем остался.

— На побывку или насовсем? — обняв старого друга, спросил Рэм.

— Насовсем!

Лука обнял Васю, но Лиля повисла у него на руке.

— Осторожно!

— Что такое? — Лука оценил ее взглядом записного ловеласа.

— Вася мне жизнь спас, мою пулю на себя взял, — в уважительном тоне сказал Рэм. — Грудью меня закрыл, из больницы только что.

— Пулю? — задумался Лука.

— А как ты думал? У нас тут серьезно, — кивнул Вася. — Рэм вот на кавказцев грудью пер! У них там волын с десяток, стреляют, а он как танк прет. Обделались кавказцы, назад мотанули!

— Ну да, за такой рынок… У нас в Питере тамбовские все перекрыли, хочешь торговать — плати.

— У вас в Питере? А говоришь, насовсем вернулся! — усмехнулся Вася.

— Женился, говорят.

— Как женился, так и развелся! — Лука подпер к подбородку ладонь — по горло наелся, дал понять. — Такая кабала!

— Это потому, что ты не любил свою жену! — попеняла ему Лиля.

— Это кто? — глянув на Рэма, спросил Лука.

Не понравилось ему, что баба лезет в разговор. В принципе его можно понять. Лука — один из столпов конторы, когда-то наравне с Рэмом котировался, а тут непонятно кто в позу его ставит. Еще и баба.

— Лиля. Начальник швейного производства, — сказал Рэм.

На самом деле производство еще только налаживалось, помещения на втором ярусе в порядок приводят, стены штукатурят, полы настилают, вентиляцию усилили, электрическую линию от подстанции прокладывают, чтобы пробки под мощной нагрузкой не выгорали. Отдельный человек этим делом занимался, пока Лилия Васю выхаживала. И дальше заниматься будет, но уже под началом Лили. Потому что Рэм так решил. Вот прямо сейчас и назначил Лилю начальником.