Книга Кара для мажора. Поспорить на любовь, страница 89 – Ника Оболенская

Бля, я сделал это! Не зассал.

Грудь распирает от пацанской гордости. Потому что впервые за долгое время я чувствую себя человеком, который может. И это, блять, круче любого адреналина от гонок или спарринга.

— Ну хоть не сдох, и на том спасибо, — расщедрился на комментарий Владимир Викторович, когда меня вонючего и чумазого высадили рядом с домом.

— Еще скажите, что тот гандон в блестках так бы смог, — бурчу.

По довольной роже полковника вижу, что он прекрасно понял, о ком я говорю.

— И давай там, больше чтоб без опозданий… Принцесса, — напоследок выдал мне цу и свалил.

Чёрт. Кажется, я начинаю понимать, что за мужик Владимир Викторович. И почему его дочь — самая стойкая и упрямая девчонка на свете.

Яблочко, блять, от яблоньки.

— Я присяду? — раздается над ухом.

Выныриваю из своих мыслей и поднимаю взгляд на Антона.

Он застыл рядом с моим столом. На лице дежурная улыбка, а в непривычно светлых глазах холодный интерес.

— Да, конечно, — отмираю и сдвигаю в сторону учебники и чужие конспекты.

Антон тянет на себя соседний стул, но я быстро кладу на него рюкзачок.

Дурацкая заминка.

— Ой, прости! Я…

Заливаюсь краской по самые брови. Но я еще помню, как Алекс шипел на Чумакова, стоило тому появиться в радиусе ста метров. И последнее, чего я хочу, это разборок между парнями.

— Ты уже сдал? — неловко перевожу тему.

Пока вся моя группа пытается получить зачет по социологии, я это время провожу в читальном зале.

Поля завистливо вздыхала и жаловалась, что ей пришлось зубрить всю неделю.

— Типа того, — криво ухмыляется Антон, усаживаясь напротив. — Где твой ручной цербер?

Алекс сдал одним из первых — конечно, устно! — и куда-то свалил, попросив его дождаться.

— А что, ты так сильно его боишься? — решаю подколоть в ответ.

— Опасаюсь за его красивый нос.

Фыркаю. Антон тоже улыбается в ответ, и напряжение, внезапно возникшее между нами, начинает спадать.

— А если серьезно, ты и Бессонов? Придумать кринжовее пару сложно.

Я перестаю улыбаться. Мне не нравится то, что я слышу.

Наши с Алексом отношения действительно странные. Они начались с обоюдной неприязни, и я была на двести процентов уверена, что, кроме ненависти, ничего не способна испытывать к этому избалованному мажору. Но в действительности все оказалось иначе.

Мы неминуемо сближаемся. И мне это дико нравится.

Но сейчас из уст Антона это звучит так, будто встречаться с Бессоновым грязно и постыдно. Хочется встать и послать Антона куда подальше. Но мне не приходится это делать, потому что сбоку резко раздается:

— Тебя это ебать не должно!

Алекс мрачно испепеляет взглядом Антона. Потом переводит его на меня.

Он зол. Хотя, нет. Злой Алекс — это мягко сказано. Он в бешенстве.

— Собирайся! — отрывисто бросает мне и выдергивает меня из-за стола за руку.

— Мои вещи!.. — шиплю я на него возмущенно.

— Заберут.

Алекс тараном прет вперед, наплевав на всех и вся. Я пребываю в таком шоке от его выходки, что позволяю себя вывести из универа.

— Алекс, стой! — дергаю ладонь на себя.

Какой там! Он молча тащит меня к своей машине, игнорируя мою.

— Мне больно! — кричу.

Он тут останавливается и отпускает мою руку.

— Прости.

Демонстративно потираю запястье. Конечно, это было вранье, но как еще остановить этот танк?