Книга Кара для мажора. Поспорить на любовь, страница 101 – Ника Оболенская

Леся тоже здесь?

Столкнувшись со мной взглядом, она на секунду замирает, широко раскрыв глаза, а потом быстро прижимает палец к губам.

То есть Алекс не знает, что его сестра здесь? Одна?..

Недоумение быстро сменяется шоком, когда я вижу рядом с ней Антона Чумакова. Он что-то говорит девушке, и она отвлекается на его реплику, разрывая со мной зрительный контакт.

Механически переставляю ноги, двигаясь за Сафоновым.

Леся и Антон вместе? Но как?!

Я ничего не понимаю.

Алекс, мягко говоря, его терпеть не может. И он говорил, что Антон не самый порядочный парень… даже хуже.

Закусив губу, все-таки решаю вернуться к девушке и поговорить. Она должна знать правду.

— Тим, погоди! — прошу Сафонова.

— Что случилось?

— Я сейчас…

Оборачиваюсь и разочарованно выдыхаю. Там, где стояла Леся, уже никого нет.

— Кого-то ищешь? — Тимофей касается моего локтя.

— Нет, показалось.

Мне нужно будет рассказать обо всем Алексу.

У самой черты, которая номинально отделяет трассу от зрителей, я едва не налетаю на Лапину.

Черт, только ее тут для полного счастья не хватало.

Вика при виде меня делает такое лицо, будто от меня несет помоями. Тимофей перебрасывается с ней парой фраз, а потом отходит со мной чуть в сторону… и ставит меня на перевернутую желтую бочку.

— Ну вот, самые козырные места. — Похохатывая, смотрит на меня снизу вверх. — Все для тебя, Столица! Лучший сервис.

— Очень смешно, — ворчу, оглядываясь по сторонам.

Несколько парней последовали моему примеру, и заняли высоту. Кто-то наблюдает со второго этажа недостроенного здания.

— Снять меня только не забудь.

Фыркнув, Тимофей, показывает белые зубы:

— Если я тебя сниму, — делает ударение на последнее слово, — Лекс потом мне башку снесет.

До меня медленно доходит, про какой съем говорит Сафонов.

— Пошляк! — Закатываю глаза и складываю руки на груди.

В ожидании старта мы треплемся с ним о всякой ерунде. Но как только раздается сигнал и к линии подъезжают байки, все веселье с меня слетает, как шелуха.

«Саша, будь осторожен!» — мысленно прошу номер «десять».

Будто почувствовав мой взгляд, он поворачивает голову. Мы смотрим друг на друга, и эти секунды растягиваются в бесконечность.

Мне так много ему нужно сказать!

Сказать, что я его…

Громкий сигнал обрывает мои мысли. Байки с ревом уносятся вперед.

Мое сердце тоже несется галопом, когда я вижу, как они входят в поворот и исчезают из виду.

Кто-то из зрителей спешит вслед за гонщиками.

А мы?..

— Там петля, но большая часть трека здесь, — поясняет в ответ на мой вопросительный взгляд Тимофей.

С замирающим сердцем я жду, когда на горизонте появится Алекс. Но первым появляется кто-то на ярко-салатовом байке. Он проносится мимо с оглушительным ревом.

Через несколько секунд я вижу знакомый черный Дукатти, и едва не подпрыгиваю от восторга.

— Давай! Порви его! — кричит Тимофей, сложив ладони рупором.

На втором круге Алекс вырывается вперед. Толпа визжит и скандирует его имя.

Я даже не осознаю, что и сама кричу и хлопаю в ладоши.

Остался всего один круг!

— Давай, ты сможешь! — восклицаю, сжав кулаки.

Из-за поворота проносятся все те, кого Алекс давно оставил позади. А его нет.

— Где же ты? — шепчу, резко почувствовав холод между лопатками.

По толпе проносится гул, и все начинают бежать в сторону той самой петли. Рации оргов не замолкают ни на секунду.