Книга Бывшие. Теперь я (не) твоя, страница 33 – Оксана Лебедь

— Да, — отвечаем мы с Милой в один голос.

Аня отходит, я достаю тарелки и наклоняюсь к Миле.

— Мы сейчас поедим, а потом ты сбегаешь наверх и принесёшь мне карточку. Идёт?

Мила кивает. Я даю ей одну тарелку и помогаю спуститься со стула. Она аккуратно несёт порцию к столу и ставит перед Аней. Они о чём-то разговаривают несколько минут. Меня подбрасывает, вдруг Мила уже всё разболтала, хватаю тарелки и подхожу к столу. Чувствую себя гребённым официантом.

— О чём шепчетесь? — стараюсь выглядеть непринуждённо. Аня смеётся, но, посмотрев на меня, замолкает и садится прямо.

— Да, так ни о чём.

— А где моя порция? — Серёга подходит к столу и вопросительно осматривается.

— Да, возьми на кухне, — не хватало мне ещё его обслуживать. Я никак не могу преодолеть агрессию в сторону Серёги, она вырывается из меня в самый неподходящий момент.

Серёга направляется на кухню, а Аня наклоняется чуть ближе ко мне.

— Артём, ты можешь увезти нас сразу после ужина? — заговорщически шепчет Аня. Я слышу в её голосе мольбу.

— А что случилось? — во мне появляется какая-то уверенность, мне нравится, что ей нужна моя помощь. — Что-то не устроило?

— Нет, — она нервно оглядывается. — Просто Серёжа перепил и мне… ну… — она тяжело дышит, явно случилось что-то нехорошее, но Аня решает это утаить от меня. Я не собираюсь играть в её игры: либо пусть всё говорит, либо пусть сама выбирается отсюда. — Я не хочу, чтобы он находился в таком состоянии рядом с моей дочерью.

Чёрт! Вот откуда она знает, на что надавить? Да, мне тоже не нравится, что Серёга расхаживает по дому, потягивая виски. Своего ребёнка я бы близко к такому человеку не подпустил!

— Посмотрим, — фыркаю я и отворачиваюсь.

Серёга возвращается с тарелкой и садится рядом с Аней, пытается взять её за руку, но та отдёргивает ладонь. Что это? Она хочет так произвести на меня впечатление? Поняла, что Серёга проигрывает мне по всем фронтам? Но тут я замечаю напряжение в Ане: она сидит как на иголках, даже к еде не притронулась. Здесь явно что-то не так.

— Слушай, ты обалденно готовишь! Ань, ты попробуй, — Серёга говорит с набитым ртом, он уже испачкал белую футболку, ведёт себя как свинья за столом. Даже Мила пытается быть аккуратной, она ловко справляется одной рукой и всё ещё чистая.

— Мне тоже нравится! Вкусно.

Аня улыбается, посмотрев на дочь, и берёт вилку, неохотно пробует совсем немного.

— Очень вкусно, — она кладёт вилку на место. — Я что-то ещё не голодна.

— Мама, надо покушать. Так сил не будет, — Мила пытается показать себя важной и взрослой. Наверное, так ей говорит Аня.

— Хорошо, милая, — Аня улыбается и всё же берёт вилку и приступает к еде.

— Ой, я забыла пушистика! — вскрикивает Мила и, спрыгнув со стула, бежит по лестнице.

— Мила, ты куда?

— Я сейчас! Пушистик тоже должен попробовать!

Аня усмехается и качает головой, а через пару минут Мила спускается, держа в руках потрёпанного белого кролика, а через плечо надета маленькая розовая сумочка. Она усаживает игрушку на стол и только после этого садится сама.

— Теперь можно кушать! Попробуй, — она подносит к игрушке вилку с пастой и марает её белым соусом, берёт салфетку и заботливо вытирает. Это меня умиляет: вообще мне нравится, как она себя ведёт, в меру взрослая, рассудительная и в то же время ещё такой ребёнок, совсем не думает, что говорит, вываливает всё и сразу.