Книга Домашний арест, страница 59 – Ники Руа

Неровной походкой я зашла в подъезд и поднялась на свой этаж. Оказавшись в межквартирном коридоре, я в раздумье остановилась: направо пойти — её дверь. Налево — его. Сложный выбор после четырёх бокалов пива.

— Эники, — прошептала я и махнула пальцем влево, а затем вправо: — Беники.

Ели. Вареники. Значит, не судьба. Я пошла в сторону своей квартиры. Ключ попал в замочную скважину с третьей попытки. Неужели настолько пьяна?

Открыв входную дверь, я увидела на полке в прихожей сумку с чёрными горошинами. «Или судьба?», — пронеслось у меня в голове. Кинув телефон в гороховую уродину, я вышла из квартиры и, уверенно стуча каблуками, направилась к Никите.

Никита открыл дверь. В его глазах вспыхнули одновременно радость и беспокойство.

— Ты куда пропала? — с лёгким волнением в голосе спросил он. — Почему…

— Я пришла кое-что сказать, — перебила его я и замолчала на несколько секунд, вспоминая, что же именно хотела сказать. А вспомнив, возмущённо воскликнула: — Я в тебе разочарована!

Никита высунул голову из двери, оглянулся по сторонам и, убедившись, что поблизости нет других соседей, схватил меня за предплечье и затянул внутрь квартиры.

— Ты что, пила? — он удивлённо повёл носом, уловив алкогольное амбре.

— Представь, мне уже исполнилось восемнадцать, — я резко дёрнула плечом, высвобождаясь из-под его руки.

— Ты пила с Николаем? — Никита нахмурился и сжал губы.

— С Николаем я даже не целовалась, — я отдала Никите пальто и с облечением скинула с ног ботильоны на высоких каблуках. — У нас ничего не было, я пошутила. Он мне не понравился, ясно?

— И в чём смысл шутки? — продолжая держать моё пальто в руках, Никита недоумённо прищурился.

— Хотела посмотреть на твою реакцию, — я чуть не прыснула со смеху, но вовремя спохватилась. Никакого веселья! Я пришла, чтобы показать, что оскорблена и обижена. Нужно сконцентрироваться: насупить брови, придать лицу мрачный вид, а голосу — суровость. — Ты… не представляешь, как ты мне сейчас противен!

Сказав это, я направилась в гостиную и с размаху плюхнулась в кресло.

— Почему же я тебе противен?! — Никита последовал за мной и сел рядом на диван, прожигая вопросительным взглядом.

Я отметила про себя, что двигается он куда лучше, чем в нашу первую встречу несколько дней назад. Тогда хромал и корчился от боли, а сейчас как будто всё прошло, и ушибы на лице стали заживать.

— Ты сказал, что не изменял Лере, а сам изменял! — выпалила я.

— Эм… я пошутил, — Никита лукаво улыбнулся, явно забавляясь тем, как удалось подколоть меня в ответ на выходку с Николаем.

— Не смешно, — я покачала головой, сожалея, что под рукой нет подушки, которую я бы с радостью запульнула ему в лицо. — Ты снова меня обманул.

— Так ведь я ей изменил, а не тебе, — Никита перестал улыбаться и озадаченно почесал голову. — Почему ты принимаешь это на свой счёт?

— Ты правда не понимаешь? — я начала заводиться. — Или меня держишь за дуру?

— А что я должен был сказать? — начал оправдываться он. — Ты и так злилась на меня из-за того, что я пропал после секса. Я боялся, что если расскажу про измену, то ты посчитаешь меня совсем конченым и не захочешь общаться.

Боялся? Я приоткрыла рот, задумчиво глядя куда-то вниз. Что это? Очередное враньё или правда — выработанная с детства привычка любой ценой казаться лучше чем есть, чтобы избежать отвержения?