Книга Моё бессонное лето, страница 64 – Яна Ланская

Ложусь на кровать и кричу в подушку. Мудаки! Все мудаки!

Вдруг до меня доходит, что я ушла и оставила Ольку с этим оленем наивным. Ничем он не лучше своего дружка.

Беру телефон, чтобы ей набрать, и вижу сообщение в телеграме от незнакомого пользователя.

В час ночи? Левый тип? Сомневаюсь…

Дрожь тут как тут. Явный предвестник появления Бессонова.

“Заблокируй. Не читай. Отправь в спам. Хоть сама аккаунт смени” — звучат в голове слова Маши, но пальцы уже свайпают по уведомлению, а сердце бешено стучит в предвкушении.

Сначала глаз цепляется за надпись. Такую же, что и оставленная в его спальне. Я не ошиблась. Он специально её мне оставил. И вот уже израненная душа просит меня поверить в то, что это не издевательство, а признание.

Набираюсь решительности и читаю текст. Глаза отказываются фокусироваться. Буквы расплываются. Сердце неприятно колет и тошнота с сладким химическим вкусом подступает.

— Бемби, я доехал. Думаю о тебе. Пожелаешь мне спокойной ночи? — Пишет этот мудак с большой буквы.

Поверить не могу. И всё? И всё, мать его? Он реально сделал вид, что ничего не было?

Я читаю и читаю это сообщение и никак не могу понять, реально ли оно мне пришло или это шутка моего воспалённого мозга. Ну не бывает так! Не бывает!

Беру свою металлическую точилку с тумбочки и начинаю с немыслимым удовольствием колотить ей по экрану. Одна трещина, вторая, третья.

Всё в мелких осколках. Буквы уже не видны. Стёкла начинают сыпаться. И только доковыряв до чёрного пластика и платы, успокаиваюсь.

Беру айпад, блокирую его новый аккаунт. Понимаю, что к чёрту. Удаляю свой аккаунт от Беса подальше и понимаю, что меня ждёт очередная бессонная ночь.

Лежу на полу, обжираюсь мишками и молю все мирские силы о том, чтобы забыть о нём. О том, чтобы он забыл меня.

Дедушкин водитель пишет, что подъехал и ждёт меня. На улице дождь стеной и тринадцать градусов. Ощущение, что Женя уехал и забрал с собой лето. А вместе с ним и все мои приятные эмоции и воспоминания.

Моё тело ничего не чувствует, ни голода, ни холода, ни пронизывающего ветра, ни ледяных капель. Иду невозмутимо к машине, не обращая внимания на внешнее, хотя оно и прекрасно передаёт моё внутреннее. У меня точно также на душе сыро и холодно. Только слёз уже не осталось.

По привычке оборачиваюсь и смотрю на Женино окно, не знаю, надеюсь ли я его в нём увидеть или убедиться, что его нет.

— Ты же вся вымокла, Тань. Зонта что ли нет?

— Мне не мокро. Здравствуйте!

— А чего не в настроении? — Не унимается водитель. — У меня пирожок свежий вишнёвый есть, во «Вкусно — и точка» заехал. И кофе. Хочешь?

Это его, видимо, дедушка попросил. Мама мне никогда не разрешала в «Макдоналдс» ходить, а дедушка тайно подкармливал, хотя сам и любитель исключительно хороших ресторанов.

Понимаю, что очень хочу. Пытаюсь вспомнить, когда ела в последний раз. Четыре дня назад. У Лёши. Вместе с голодом начинаю ощущать и слабость, и головокружение. А ещё страх завалить экзамен. Кажется, я настолько погрузилась в себя, что забыла, как карандаш держать за эти дни.

— Хочу! Спасибо. Извините меня за грубость, Виктор Николаевич.

— Ничего страшного. Утро, погода дрянная, нервы. Всё понимаю. Держи.

Благодарю водителя и накидываюсь на кофе с пирожком, как собака голодная. Олька заносила мне еду, но я даже запаха не чувствовала, а тут втягиваю аромат жареного теста и кофе и чувствую проблеск удовольствия. Не всё потеряно.