Книга Дикие глаза, страница 3 – Элси Сильвер

Я не могу винить ее за это.

Она очаровательна. В ней есть что-то такое, от чего мне трудно отвести взгляд. Вы можете увидеть это на экране. Услышать по радио. И это ещё более заметно при личной встрече.

— Ладно, куколка.

— Не называй меня куколкой...

— Тебе нужно заткнуться, — выпаливаю я, стараясь говорить как можно спокойнее. Мой взгляд устремляется мимо неё на огромного медведя, который спускается по склону, цокая когтями длиной в четыре дюйма, когда делает первые шаги по асфальту. Этот звук заставляет Скайлар замереть на месте. — Иди ко мне медленно. Не беги. Не оглядывайся. Сохраняй спокойствие.

Она часто и быстро моргает. Я вижу, что она хочет послать меня куда подальше, но под всей этой бравадой у неё есть инстинкт самосохранения, потому что она следует моим инструкциям.

Медведь громко фыркает, и Скайлар, спотыкаясь, делает шаг вперёд, не отрывая от меня широко раскрытых глаз. Я киваю и снова машу рукой. Как будто я могу сделать для неё хоть что-то прямо сейчас, кроме как подпустить её достаточно близко, чтобы она могла запрыгнуть в открытую дверь моего грузовика.

Она продолжает идти, но её шаги становятся чуть быстрее. Её дыхание становится прерывистым. Я начинаю пятиться к своему грузовику, надеясь, что она последует за мной.

— Хорошая девочка. Ты так хорошо справляешься. — В любое другое время я бы посмеялся над собой за то, что разговариваю с этой женщиной как с лошадью. Но в этот момент моя кожа гудит от напряжения, а мышцы напрягаются, словно готовые к действию.

Она кивает, затем оглядывается через плечо и тихонько взвизгивает, как будто только что осознала, каких огромных размеров медведь следует за ней по пятам.

Но этот звук был не тем, который нужно было издать. Потому что гризли замечает его и внезапно проявляет больший интерес, чем раньше. Медведь останавливается и встаёт на задние лапы.

Звук, который он издаёт сейчас, больше похож на лай, за которым следует принюхивание и заинтересованный наклон головы.

Это проявление любопытства, а не агрессии.

По крайней мере, пока.

— О боже, о боже, о боже, — шепчет она сдавленным от слёз голосом.

Вытянув руку, я призываю всё своё спокойствие.

— Что бы ты ни делала, не б...

Прежде чем я успеваю произнести слово "беги", она, черт возьми, бросается ко мне. И, вопреки здравому смыслу большинства людей, я начинаю действовать, не раздумывая.

Я направляюсь прямо к ней.

И медведю.

Медведь, который сейчас шарит лапами по дороге, словно готов броситься в атаку. Он делает несколько мощных прыжков вперед, прежде чем отступить.

Теперь, находясь в режиме защиты, я делаю единственное, что приходит мне в голову. Как только я достигаю Скайлар, мои пальцы сжимаются на её бицепсе, и я обхватываю её одной рукой за затылок, прежде чем повалить нас на землю. Моё высокое тело прикрывает её, как щит.

Она прижимается ко мне.

— Что ты...

Я обрываю ее, зажимая ей рот ладонью, приподнимаюсь на другой руке и качаю головой.

— Прекрати. Пожалуйста, прекрати. Мне нужно, чтобы ты вела себя тихо и неподвижно. И медведь, вероятно, уйдет.

Она едва заметно кивает. Достаточно, чтобы я мог убрать руку и обхватить ее голову своими предплечьями.

Её испуганные золотистые глаза снова ищут мои, и я чувствую в её дыхании что-то сладкое, когда она нервно вдыхает воздух между нами. Мандарин и сахар.