Книга Невинная. Во власти бандита, страница 52 – Мия Бравос

Скоро буду, — разговор заканчивается, он скидывает вызов.

Бросаю телефон на панель. Перевожу обеспокоенный взгляд на Тоху. Он дышит рвано. Я беру себя в руки. Делаю все по инструкции. Все, что сейчас важно — жизнь человека.

Из бардачка достаю салфетки и бутылку воды.

Он уже едет, — всхлипывая, давлю на рану со всей силы. Асхат... мое имя, — бормочет тихим голосом. — Я ведь до сих пор не познакомился с тобой.

Думаю, самое время перед смертью.

— Не говори так. Глеб тебя спасет. Всесильный Норманн уже в пути. Не умирай, пожалуйста, — всматриваюсь в горизонт. — Говори со мной, Асхат. Не молчи.

— Он тебя любит. Я знаю. Он не скажет это вслух, — сдержанно улыбается. — Ради тебя он на все пойдет.

— Ты бредишь. Он меня ненавидит. Нагорный не способен любить. Только карать и убивать. Он хочет лишить жизни моего брата.

— Ошибаешься. Любит.

Я отворачиваюсь и заставляю себя смотреть на дорогу. Я потрясена тем, что сейчас услышала.

По щеке стекает слезинка. Зачем он мне это сказал? Зачем? Мне не хочется потеряться в чувствах к бандиту. Я такая слабая, что даже не могу испытывать негативных эмоций после того, как Глеб грубо поимел меня в рот. От этих мыслей меня раздирает боль. Она тихая. Мне не с кем поделиться с ней. Она полосует мое сердце. Мне правда хочется, чтобы я что-то значила для него.

Не была просто игрушкой. Так горько это осознавать. Больно. Обидно. Глупая девочка... глупая.

Мои руки сильнее давят на рану, когда я вижу знакомую машину. Автомобиль останавливается с визгом. Глеб выпрыгивает из салона с аптечкой в руках.

Ты цела? — обращается ко мне. Со мной все хорошо, — сухо отвечаю я. Где тебя зацепило? — раздражено задает вопрос Асхату. С Псом на лестнице схлестнулись.

Глеб срезает пиджак и рубашку, освобождает мужчину от одежды.

— Кость не задета. Кровотечение не сильное. Запрокинь голову, — жестко приказывает. — Нужно достать пулю.

— Найди мне амидопирин или баралгин, и пятимиллиграмовый шприц, — он быстро надевает перчатки.

Я с трудом запоминаю название препаратов. Смотрю на рану. Никогда в жизни я не видела ничего подобного. Кожа разорвана, вокруг нее сгустки крови.

После укола Глеб достает из аптечки стерильные бинты, антисептик, пинцет и спринцовку.

— Держать вас некому. Так что не дергайтесь и не орите, Асхат Алиевич.

Я наблюдаю за его отработанными движениями с открытым ртом.

Он ведь выживет, Глеб? Что? Боишься потерять Тохаева? Прикипела к нему? А может любовью воспылала?

подмигивает мне с ухмылкой на лице Как заправский хирург он спринцовкой отсасывает кровь, вводя в ступор меня своими словами.

Отлично, крупный сосуд не поврежден, — вскрывает упаковку с пинцетом. Держи за руку своего друга и молись, — Тоха морщится и стискивает зубы, когда из раны достают пулю. Все происходит довольно быстро. Норманн настоящий профессионал. Пуля вместе с пинцетом летит на пол.

Тщательно промываем рану. Розовая вода стекает по руке мужчины, оставляя разводы на сиденье.

Держись, — заставляю себя улыбаться сквозь слезы. Может ты его еще поцелуешь? — с издевкой произносит зверь, накладывая повязку. Непременно, — огрызаюсь со злостью в голосе. Я не сомневался в твоей неверности.

На улицу опускаются сумерки. Остаток пути мы едем в полной тишине. Асхат засыпает. Я прислушиваюсь к его дыханию. Не выпускаю широкую ладонь из руки. Изо всех сил стараюсь не смотреть на своего мучителя.