Книга Невинная. Во власти бандита, страница 50 – Мия Бравос

Шлюхами подарки не принимаю, — хмыкает Старик. Фильтруй базар, старый, — Глеб притягивает меня к себе, обнимает, скрещивая руки под грудью. — Она не шлюха. Девочка. Нетронутая.

Вздрагиваю, когда он проводит губами по шее, царапая легкой щетиной. По телу точно электрический разряд проходит. Все внутри напрягается до оцепенения. Впиваюсь пальцами в его руку.

— Лепестки этой ромашки еще никто не срывал, — запускает пальцы в мои волосы, перебивает пряди.

— Такая маленькая, нежная и хрупкая. Фарфоровая куколка. Невинный ангел. Ее глаза цвета оливы сводят с ума, — воздух забивается на выходе из горла. — Покорная и послушная девочка Хриплый шепот провоцирует табун мурашек.

Его голос окутывает нежностью. Веки непроизвольно смыкаются. Явь смешивается со сном.

— Я бы ее натянул, — раздается в толпе. Услышанное вырывает меня из легкого дурмана. Я стою растерянная и ошарашенная, словно облитая грязной водой с головы до ног.

— А я бы для начала в рот ее поимел, — от этих слов леденеют конечности.

Страх пробегает от макушки до пяток.

— Рты закрыли! — рявкает Старик. — Послушная говоришь?

Можешь не сомневаться, а сам ее воспитывал. Так и быть, принимаю твой подарок в знак нашего примирения. Конец войне, Нагорный, — на лице Старика появляется подобие улыбки. — Пёс, отведи эту прелесть на второй этаж. Руками не трогать! Сегодня ночью постарайся не зажиматься в бедрах, — тихий шепот бьет по нервам. — Прощай, сеголня ночью постараися не зажиматься в белоах. — тихии шепот малыш, — с издевкой добавляет напоследок.

Ульяна

Громкие хлопки прорезают мертвую тишину. Стекла в окнах и люстра дрожат. Слышится грохот с первого этажа, то ли сильные удары, то ли выстрелы. Шум вырывает меня из раздумий о предстоящей ночи со Стариком.

На пол! — Тоха с треском открывает дверь. — Живо! — сдергивает меня с кровати и тянет в угол. Держись за моей спиной, — его тяжелое дыхание говорит о том, что он бежал. Что происходит? Там стреляют? Угадала. Старика с бандой кроем.

Я вижу, как он передергивает затвор пистолета. У меня от страха заходит сердце.

А Глеб? Он там? Они убьют его, — задыхаюсь от волнения. Мой голос выдает панический ужас. Шутишь? Норманна даже не ранят. Ты не обращала внимание, что на его теле нет шрамов? Нет, — тихо отвечаю. Удача любит босса. Фортуна всегда на его стороне. Норманн пуленепробиваемый. Он у нас бронированная боевая машина. Прет словно танк, — мужчина улыбается, а меня с каждой минутой трясет как припадочную.

Сердце стучит так быстро, что я вот-вот потеряю сознание. Нервные окончания сплетаются в огненные жгуты. Снова раздаются хлопки и выстрелы. Слышатся мужские крики — Девку сюда тащите, — орет один из головорезов. — Я эту лярву сам урою. Но сначала натяну ее по самые гланды.

Я тебя раньше урою! Живьем сожру! — хладнокровный голос Глеба рассекает воздух. Его манера кричит о силе. Безжалостный зверь вышел на охоту. Огромный лютый хищник. Пощады не будет. Нагорный су… - раздается выстрел. Зверь рвет добычу. Вот и Норманн пожаловал, — усмехается Тоха. — А ты боялась.

Глеб вышибает дверь. Мои конечности слабеют, а из глаз стекает соленая вода. Смахиваю слезы тыльной стороной ладони, шмыгаю носом. Тяжелый пристальный взгляд впечатывает в стену. Заставляет сжаться. Он невыносимый. Убийственный.