Книга Чокнуться можно! Том 1, страница 61 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Понятно. Рад за Серого, — спокойно ответил я.

— Док, ты не понимаешь, — голос Димона стал серьезным. — Серый мне не просто напарник. Он мой свояк, считай — родня. Сестра моя за ним. Так что мы теперь с тобой не просто квиты… Я тебе теперь по жизни должен. От заказа Палыча мы отказались, как и обещали. Если кто из саратовских в городе объявится — я тебе маякну. И вообще… Если какая помощь по нашей части нужна будет, ты только свистни. Сделаем в лучшем виде. Чисто по-человечески.

— Договорились, Дима. Пусть Серый выздоравливает.

Я положил трубку. Удивительно. Вчера я готовился к войне на два фронта, а сегодня у меня в тылу образовался союз из двух бандитов, которые теперь считают меня едва ли не святым.

Тиховолжск начинал мне нравиться. Здесь всё работало не по законам логики, а по законам случая и личных обязательств. Но тем интереснее! Одну жизнь я уже прожил. И она прошла спокойно. Без лишнего стресса. Но… в каком-то смысле это было скучно. Я рад, что новая жизнь предоставила мне шанс почувствовать остроту.

Правда, я до сих пор не знаю, почему и зачем я здесь очутился. То, как я сюда переместился… Этот момент до сих пор окутан для меня пеленой тайны.

Мои мысли прервала распахнувшаяся дверь. На пороге возник Макс. Вид у него был лихой и придурковатый. Фуражка набекрень, глаза красные от бессонницы, но лыбится так, что видно все тридцать два зуба. В руках он сжимал два неподъёмных пакета, из которых торчал батон и хвост копчёной рыбы.

— Живём, Док! — проорал он, вваливаясь на кухню. — Гляди, сколько добра! Сам в магазин заскочил, а ещё родственники пациентов с вызовов подогнали. Там одну бабуську отпустило после моего вождения, нам даже её госпитализировать не пришлось. Так она мне банку огурцов и кусок сала сунула. Сказала: «Лети, соколик!»

Макс, не дожидаясь моего ответа, начал яростно греметь сковородками.

— Док, ты реально человечище, — бурчал он, нарезая сало. — Если б не ты, я б сейчас баланду хлебал, а не на «газели» ездил. Работа — огонь! Фельдшеры, конечно, смотрят косо, но зато с пациентами всё гладко! Всегда вовремя успеваю довезти!

Мы уселись ужинать. Картошка шкварчала на сковородке, Макс уплетал за обе щёки, а я наконец-то почувствовал, что жизнь в этом теле начинает приобретать какой-то вкус.

— Слышь, Док, — Макс вдруг замер с вилкой во рту и подозрительно прищурился. — Ты там во дворе ничего странного не замечал?

— Смотря что ты считаешь странным в Тиховолжске, — я отхлебнул чаю.

— Короче, бабки наши у подъезда… Они ж как разведка. Всё знают. Так вот, по двору слух пошёл, что ты — колдун. Натуральный, сглаз наводишь. Говорят, вчера соседа нашего, Ваську-косого, одним словом парализовал. Теперь Васька ходит как шёлковый, а бабки крестятся, когда ты мимо проходишь.

Я чуть чаем не подавился.

— Какой ещё колдун, Макс? Я — врач. Психотерапевт. Это называется внушение.

— Ты им это объясни, — Макс хмыкнул. — Они там уже чуть ли не инквизицию местную собрали. Шушукаются под липами, мол, знают способ, как колдуна силы лишить. Что-то там про соль на порог и осиновый колышек. Ты это… на рожон не лезь. Бабки у нас страшнее бандитов будут.

Я только головой покачал. Средневековье какое-то. Но мысль о «лишении силы» занозой засела в голове. Стало чертовски любопытно, до чего может дойти коллективный психоз у необразованных людей.