Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 17, страница 44 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Я и сам в каком-то смысле местный, но всё равно эта страна немного отличается от той, в которой я жил в прошлой жизни. Да и пациент сильно напряжётся, если к нему домой вдруг заявится японец и австралиец. А уж если взять с собой Адлая Иманати, то вообще получится шокирующая комбинация.

— Ладно, если ты считаешь, что так будет лучше, спорить не стану, — согласился Купер Уайт. — Но у нас всё ещё остаётся большущий пробел в плане. Допустим, ты зафиксируешь с помощью того пациента нужную последовательность генов. Но что дальше? Как проникнуть к метеориту?

— Я уже подумал об этом, пока бродил по лесу, — ответил я.

— Пф! — усмехнулся Купер. — То есть ты ходил спасать учёных от медведя и ещё при этом умудрялся думать на посторонние темы? Ты никогда не перестанешь меня удивлять. Извини, что перебил. Продолжай.

— Добро на ещё одну экспедицию получить будет трудно, — сказал я. — Даже если доктор Сорокин разрешит мне это сделать, ему всё равно придётся отчитаться перед «ВОЗ». То есть сначала он запросит разрешение у руководства, а затем уже даст его мне. Поэтому нужно начинать с верхушки. Я свяжусь с Теодором Авраамом Гебреусом лично. И попробую его убедить. У нас с ним контакт налажен. Думаю, мне удастся что-нибудь ему наплести. А что конкретно — обдумаю во время поездки в Южно-Сахалинск.

Однако я не договорил Куперу, что я задумал на самом деле. Точнее — как я собираюсь убедить генерального директора.

Мне этот план не очень нравится, но в крайнем случае придётся воспользоваться комбинацией «компаса» и «контроля». Этим навыком я не пользовался уже давно. Возможность активировать эту силу у меня восстановилась. Сначала попробую уболтать Гебреуса самостоятельно, но если он даст отказ — воспользуюсь козырем.

— Допустим, — кивнул Купер. — А что дальше? Просто представь. Если всё получится, сразу же после твоей поездки «Фебрис-12» исчезнет с нашей планеты. Как ты это объяснишь? Наверняка тебе будут задавать вопросы. В первую очередь «ВОЗ».

— Сразу после нашего визита ядро метеорита утилизируют. И гибель вируса, скорее всего, свяжут именно с этим, — объяснил я. — А дальше пусть микробиологи ломают голову, каким образом уничтожение ядра повлияло на весь вирус в мире. Это нас уже не касается. Самое главное, что мы полностью избавимся от него.

Окончательный план готов. Всё разложено по полочкам. Дальше остаётся только следовать ему и вносить корректировки, если что-то выйдет из-под контроля.

А это обязательно случится. Я уже давно привык, что почти из любой проблемы вырастают сразу две. Как головы у гидры.

Закончив диалог с Купером, я направился в лазарет, где как раз закончил работу Игорь Щербаков. Он оказался не против направиться в Южно-Сахалинск со мной, если эту идею одобрит Сорокин.

Я решил не откладывать этот разговор в долгий ящик и сразу же пошёл в научно-исследовательский центр, где трудились Романовский и главный инфекционист. И уже там случилась первая проблема.

Как я и говорил. Головы гидры.

В лаборатории шёл активный спор между Сорокиным и Мэтью Родригесом.

Кто бы сомневался… Как знал, что он ещё что-нибудь выкинет. Но я не хотел попусту тратить время и, проигнорировав коллегу по группе, сразу же подошёл к главному инфекционисту.

— В чём дело, доктор Кацураги? — выпалил Сорокин. Он всё никак не мог успокоиться после ссоры. Которая, между тем, лишь встала на паузу.