Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 17, страница 28 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Ох… — вздохнула медсестра. — Простите, доктор Кацураги. Я неправильно поняла. Не нужно было мне говорить всё это. Я даже не знаю, как теперь…

— Забудем, — перебил её я. — Ничего страшного. Бывает. Сделаем вид, что этого разговора не было, хорошо? Думаю, вы и сами будете этому рады.

— Да, конечно, — она с облегчением вздохнула. — Давайте так и поступим. Мне правда неловко, что я начала всё это…

— Но я уже ничего не помню, — улыбнулся я. — Никакого разговора не было. Всё забыто. Никаких проблем, Светлана. Об этом никто не узнает. Лучше расскажите, как себя чувствует тот солдат с электротравмой?

— Ой, так он уже сбежал! — заявила она.

— Как это — сбежал? — вскинул брови я.

— Сказал, что за него некому дежурить на посту. Попросил передать вам благодарность, а затем исчез, — пожала плечами она. — Ожоги у него остались, но он всё равно не стал жаловаться на них. Будто ничего и не случилось.

— Это не очень хорошо, — вздохнул я. — Рад, что он всё-таки пришёл в себя, но у него оставались ожоги второй степени. С такими повреждениями ему всё же лучше наблюдаться у врача.

Будет гораздо лучше, если ему удастся госпитализироваться в клинику за пределами этого лагеря. Всё-таки большая площадь ожогов обычно требует транспортировки в стационар. Для госпитализации не обязательно иметь ожоги третьей или четвёртой степеней. Достаточно и второй, если ожог занимает большую площадь тела.

— Я передам ему, доктор Кацураги, — произнесла медсестра. — Как только зайдёт на перевязку, расскажу всё то, что вы сказали.

— Да я толком ничего и не сказал, — усмехнулся я. — Скажите, что у него может возникнуть нагноение ран. Бактериальное осложнение. Хотя зачем я это вам рассказываю? У вас же есть свой врач.

— Да он, если честно, не больно-то заинтересован в том, чтобы госпитализировать военных, — прошептала Светлана. — Он сам военный врач. Побывал в нескольких горячих точках. Изменилось видение того, что является настоящей болезнью, а что — пустяк, который можно и на ногах перенести.

— Тогда попрошу вас передать мне, если тому солдату станет хуже, но его не госпитализируют. Если такое случится, — пояснил я, — тогда мы его положим без ведома этого врача. Жизни и здоровье людей важнее его взглядов.

Не знаю, может, Светлана преувеличивает, но вообще-то, у нас тут не война. В солдата шарахнула молния. И что дальше? Дать ему аспирин и отпустить на службу? А этот врач не одурел ли часом? О моей магии ведь никто не знает. Местному военному врачу неизвестно, какие осложнения я уже успел предотвратить. После таких повреждений пациент может умереть в любой момент!

Ладно, разбираться с этим врачом у меня времени точно нет. Я и без того уже нажил себе врага. Не удивлюсь, если Мэтью Родригес явится посреди ночи, чтобы меня придушить. Я уже и к такому готов.

Закончив разговор со Светланой, которая безуспешно пыталась пригласить меня на свидание, я вышел из лазарета, прошёл вдоль казарм и тут же наткнулся на солдата, который встал прямо на моём пути.

Сначала я подумал, что это произошло случайно. Сделал шаг вправо — и он тут же переместился вслед за мной. Шаг влево — и он делает то же самое.

— Я чем-то могу помочь вам? — поинтересовался я.

— Можете, — кивнул солдат. — Прекратите лезть к моей девушке.