Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 11, страница 57 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Я прошёл через отделение, показал дежурным врачам свой бейдж, тем самым объяснив, что моё присутствие здесь обосновано проходящей олимпиадой. Однако прямо около входа в палату меня остановил молодой врач и протянул мне небольшой комплект защитной одежды. Одноразовый халат, перчатки, маска.

— Благодарю, — кивнул я.

— Будьте осторожны.

Больше он не произнёс ни слова. Видимо, таковыми были данные ему инструкции. Но это уже служит хорошей подсказкой. Раз мне дали меры защиты, значит, и я тоже, как и Купер Уайт, могу столкнуться с инфекционным больным.

Странно, Акихибэ-сан сказала мне, будто прошёл слух о том, что все больные будут инфекционными. Пока что всё более-менее совпадает с этой информацией, но… Рэйсэй Масаши ведь в нейрохирургическом отделении! Там-то вряд ли будет рассматриваться какая-то инфекция?

Другими словами, пока что глубокий смысл второго этапа мне непонятен. Но и тратить время на размышления не стоит. Лучше приступать к выполнению задания.

Я надел защитный костюм и прошёл в пятую палату. Ещё на входе я подумал, а предупредили ли пациентов, что им запрещено рассказывать участникам олимпиады свой диагноз?

Однако, оказавшись в палате, я понял, что такая проблема даже не стоит. Начнём с того, что больной находится без сознания, а мой «анализ» вопит, предупреждая о серьёзной опасности, как для пациента, так и для меня.

Но и это не единственная причина, по которой мы не смогли бы с ним установить контакт. Судя по смуглой коже, завитыми в косы неухоженным волосам, и своеобразным татуировкам, этот человек — абориген. Один из тех жителей материка Австралия, которые до сих пор живут племенами и кланами. Большинство из них не знают даже английского языка.

Я подошёл к столу, где лежали результаты обследований моего пациента. Имя больного указано не было, а анализы… Что ж, там царил полный хаос. Все иммунные клетки крови взбунтовались, лейкоциты и лимфоциты подлетели, что говорило о присоединении серьёзной инфекции, сопровождавшейся яркими признаками воспаления.

Судя по биохимическому анализу, показателям «АЛТ, АСТ» и нескольких другим пунктам, печень у больного тоже начинает отказывать.

Я решил больше не тратить время на изучения обследований, поскольку мог осмотреть больного сам.

А там, мягко говоря, было на что посмотреть. Состояние пациента было крайне тяжёлым.

Кожа лица, рук и ног больного была покрыта выраженными деформациями.

— Всё в плотных бугорках, — вслух произнёс я. — Интересно, давно такого не видел…

Вокруг бугорков кожа приобрела синюшно-бурый цвет, а сальные железы принялись выделять чрезмерно много секрета. А вот касаемо потовых желёз, судя по данным «гистологического анализа», выделение пота полностью прекратилось. Пока что я находился в небольшом замешательстве. Передо мной явно инфекция кожи, но какая?

Можно включить «клеточный анализ» и найти возбудителя заболевания, но пока что с этим мне спешить не хочется. Впереди целый час, это — не испытание на скорость. А вот описать организаторам всю клиническую картину, скорее всего, придётся. Простой диагноз без доказательств они вряд ли примут. А если и примут, то высокий балл всё равно не дадут.

Лежащий передо мной мужчина открыл глаза и вяло, безучастно посмотрел на меня. Я молча кивнул ему, он поморщился, сделал то же самое и вновь прикрыл опухшие веки.