Книга Придворный Медик, страница 95 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

— Вы не представляете, как я вам благодарен, Павел Андреевич, — улыбнулся Беленков. — Теперь я точно ваш должник. Только… Я бы хотел спросить, а сможете ли вы и дальше помогать мне? Хотя бы иногда давать подсказки. Вы гораздо лучше меня ориентируетесь в медицине. Всё-таки Алексей Георгиевич прав. Рядом со знающим ровесником мне было бы проще набраться опыта.

— Да без проблем! — скидывая халат, произнёс я. — С понедельника начнём. Я много чего могу вам рассказать. А пока что — расходимся. Завтра у меня намечается тяжёлый день.

— Крепитесь, Павел Андреевич! — бросил мне вслед Беленков. — Я даже завидую вам, если честно. Тоже хотел бы побывать на турните. Это же такая честь!

Учитывая, какой клубок интриг завязался в рамках предстоящего турнира, думаю, чести там будет мало.

Со всеми участниками я лично не знаком, но пока что единственный, за кого я стал бы болеть, это Севастьянов. Его история показалась мне правдоподобной. Да и таинственный «друг», который присылал мне письма с беспокойствами о здоровье стражника, ни разу не настаивал и не предлагал мне деньги.

Надеюсь, что этому бойцу удастся обойти все подлые схемы, которые уже вовсю готовят другие участники и стоящие над ними дворяне.

* * *

Утром прямо перед началом турнира командир Коршунов нагнал своего бойца — Нестерова. Тот уже шёл в зал ожидания, чтобы подготовиться к бою. Но Владимир Алексеевич задержал его прямо около входа в зал и оттащил в сторону.

— Командир, что происходит⁈ — испугался боец.

— Слушай меня внимательно, Нестеров, — прошептал Коршунов. — Мне удалось нарыть информацию о твоём первом противнике. Случилось то, чего я и опасался. Против тебя выйдет Севастьянов.

— Это плохо… — напрягся Нестеров. — Мне как-то доводилось с ним фехтовать. Он очень хорошо читает мои движения.

— Именно поэтому тебе следует воспользоваться другой тактикой, — произнёс Коршунов. — Я узнал, что Севастьянов недавно был на приёме у лекаря Булгакова. Павел Андреевич только что залечил ему нижние отделы позвоночника. Понимаешь, что это значит?

— Это его слабое место, — рот Нестерова расплылся в улыбке.

— Если сможешь ударить его в крестец, скорее всего Севастьянов сложится пополам.

* * *

Турнир ещё не начался, но зрители уже начали заполнять все свободные ряды вокруг спортивной арены, располагавшейся за дворцовым садом. Солнце палило нещадно. Хорошо ещё, что мы с Дубковым должны были работать в палатке. Хотя бы сможем укрыться в теньке.

Судьи заняли свои места, и вскоре объявили первый бой. И именно в этот момент ко мне подбежал Дубков. Эдуард Дмитриевич выпучил глаза и с трудом удержался, чтобы не схватить меня за плечи.

Глаза его горели от страха.

— У нас проблема, Павел Андреевич, — заявил он. — Заготовленных препаратов недостаточно. Если нам придётся лечить пациента с тяжёлым ранением, придётся обходиться одной лишь магией. Такими темпами нам с вами маны до конца турнира точно не хватит.

— И что вы предлагаете? — с сомнением спросил я.

— Сейчас же бегите на наш аптечный склад. Несите сюда аптечку.

— А если кто-то пострадает?

— Тогда я начну оказывать помощь без вас, — с трудом сдерживая улыбку, произнёс Дубков. — Идите, помощник. Это приказ.

Со стороны арены, которую уже полностью окружили гости императора, послышался голос судьи Щербакова. Он объявил, что в первой схватке сойдутся Севастьянов и Нестеров.