Книга Первый инженер императора IV, страница 95 – Александр Вольт

Миша глубоко вздохнул, выдыхая облачко пара в холодный утренний воздух, и начал подъем. Первые несколько метров были самыми простыми. Он шел, почти бежал по скале, отталкиваясь ногами и перебирая руками по натянутому тросу. Мышцы, привыкшие к нагрузкам, работали легко, слаженно.

Но чем выше он поднимался, тем круче становился склон, тем меньше было уступов, за которые можно было бы уцепиться. Трос, натянутый до самой вершины этого первого участка, заканчивался там, где крюк-кошка мертвой хваткой вцепился в скальный выступ. Дальше — только своими силами.

Он добрался до крюка. Отцепил от пояса один из тех странных, блестящих цилиндров, которые барон назвал «пневмоанкерами». Тяжелый, холодный, он непривычно лежал в руке. Миша нашел подходящую трещину в скале, чуть выше себя. Приставил анкер, как показывал барон. Уперся. Взял небольшой молоток, висевший на петле у пояса. Секунду помедлил, собираясь с духом. Размахнулся.

Бам!

Резкий, шипящий хлопок, похожий на звук взрыва. Отдача неприятно тряхнула руку, заставив на мгновение потерять равновесие. Он удержался, вцепившись свободной рукой в трос. А стальной штырь… он с лязгом вонзился в камень, войдя в него почти на половину своей длины.

Миша подергал его. Мертво. Он пристегнул к кольцу на конце штыря карабин со страховочной веревкой, второй конец которой был закреплен на его поясе. Теперь у него была надежная точка опоры.

Он перевел дух и посмотрел вниз. Его товарищи казались отсюда маленькими фигурками. Он видел их поднятые кверху лица, видел, как барон что-то показывает Святославу, видимо, объясняя на его, Мишином, примере.

Нужно было двигаться дальше. Следующий анкер. Он нашел еще одну трещину, чуть выше и правее. Снова приставил, уперся. Удар! Хлопок! Штырь вошел в скалу, как нож в масло. Еще одна точка страховки.

Так, шаг за шагом, удар за ударом, он полз вверх по этой бесконечной стене. Работа была монотонной, изматывающей. Мышцы предплечий и пальцев горели огнем, спина ныла от напряжения. Холодный ветер свистел в ушах, трепал одежду, пытался сбросить его вниз. Но он упрямо лез вперед.

Опустив голову вниз, чтобы хоть немного дать отдохнуть ноющей шее, Миша увидел, как Святослав карабкается следом. Может он и был лучшим по вскарабкиванию на их сопку или что у них там, но здесь был не спринтерский забег. Молодецкая удаль тут не работала. Здесь был марафон.

Передохнув, Миша снова стал взбираться.

Он не думал об опасности. Не думал о том, что будет, если он сорвется. Мозг был занят другим — поиском следующей трещины или рыхлости в породе. Это была работа. Тяжелая, опасная, но — работа. И он должен был ее выполнить.

Он уже поднялся довольно высоко. Земля внизу казалась далекой, почти нереальной. Фигурки людей превратились в крошечные точки. Он вновь сделал короткую передышку, прижавшись к скале, пытаясь унять сбившееся дыхание. Посмотрел наверх. До вершины оставалось еще метров двадцать, не меньше. Самый сложный участок — почти отвесная стена, лишенная явных уступов.

Ладно. Справимся.

Он снова взялся за анкер. Нашел узкую, едва заметную щель. Приставил. Уперся всем телом, стараясь занять как можно более устойчивое положение. Размахнулся. Удар.

И в этот момент случилось то, чего он боялся больше всего.