Книга Первый инженер императора IV, страница 67 – Александр Вольт

Бой на вершине холма был тяжелым. Очень тяжелым. Медведи, несмотря на свою кажущуюся неуклюжесть, с невероятной скоростью карабкались по склонам, не обращая внимания на камни, летящие им под лапы. Их толстые шкуры и мощные кости с трудом пробивали даже арбалетные болты.

Приходилось стрелять в упор, целясь в глаза, в пасть, в незащищенные участки на брюхе. Воины рубили мечами и топорами по могучим лапам, пытаясь перебить сухожилия, остановить этот неумолимый напор. Лязг стали, рев зверей, крики людей, хруст костей — все смешалось в одну кровавую какофонию.

Сотник Борис Рыжебородый, с боевым кличем, от которого, казалось, содрогнулись скалы, в одиночку сдерживал натиск одного из медведей, отбивая его удары своим огромным двуручным топором. Рядом с ним Игнат, новгородец, спокойно и методично командовал своими лучниками, заставляя их вести прицельный огонь по самым уязвимым местам тварей.

Иван Кречет со своей Бьянкой работал, как снайпер. Каждый его выстрел был выверен, точен. Он не тратил болты зря, выцеливая моменты, когда медведи открывались для удара.

Да, арбалеты, особенно новые «ККМ-2», показывали себя в этом бою великолепно. Их мощь, их скорострельность, их стальные болты, способные пробивать даже толстую медвежью шкуру, давали им шанс. Без них… без них этот бой закончился бы очень быстро. И совсем не в их пользу.

К счастью, им удалось отбиться. Потеряв троих своих сородичей, оставшиеся два медведя, израненные, истекающие кровью, но все еще живые, с яростным ревом отступили, скрывшись в ущелье.

Мужчины тяжело дышали, привалившись к камням, к повозкам, к стволам деревьев. Они смотрели на поле боя, усеянное телами поверженных врагов, и не верили своим глазам. Они смогли. Они отбились и, что самое невероятное, никого не потеряли. Да, несколько серьезных ран, множество царапин и ушибов, но все были живы.

Правда, повозкам досталось. Огромные, глубокие борозды от когтей на деревянных бортах остались напоминанием об этом событии, о той ярости, с которой сражались эти чудовища.

— Срань господня, — выдохнул Борис, приваливаясь к повозке от усталости. Он стянул с головы шлем, его рыжая борода была перепачкана кровью и грязью, а лицо блестело от пота. — И много здесь таких уродцев?

— Достаточно, — сухо отозвался Иван, перезаряжая свою Бьянку. Он не позволял себе расслабиться ни на секунду, его взгляд продолжал внимательно осматривать ущелье, ожидая новой атаки. Но ее не последовало.

На месте добычи в старой промышленной зоне, которую они выбрали своей целью, было на удивление спокойно. Руины цехов, заросшие бурьяном, ржавые остовы неизвестных механизмов, остатки бараков для рабочих — все это создавало атмосферу запустения.

Но тварей здесь, к счастью, не было. Видимо, то, что обитало здесь раньше, давно покинуло это место, или было уничтожено кем-то другим.

Тут-то им и удалось разжиться всем тем, что чуть позже их экспедиция привезла в Хмарское. Они работали быстро, слаженно, как муравьи, таская на себе и на повозках все, что представляло хоть какую-то ценность — искореженный металл, уцелевшие детали, те самые ящики с электроникой. Каждый понимал — чем быстрее они справятся, тем быстрее покинут это проклятое место.

И вот, когда Иван, вернувшись домой (а поместье барона Кулибина он уже без всяких сомнений называл своим домом), увидел образец новой брони, который Саша с гордостью продемонстрировал ему, речь на несколько мгновений покинула его.