Книга Первый Инженер Император. Новые рубежи ІІІ, страница 68 – Александр Вольт

— Держать строй! — гаркнул он так, что, казалось, земля задрожала под ногами. — Не отступать! Рубить нечисть!

Воины, услышав голос своего предводителя, ответили ему дружным, яростным кличем. Словно второе дыхание открылось у них. Само присутствие вожака, его несокрушимая ярость, вдохнули в них новые силы. Они дрались, как львы, не щадя ни себя, ни врага.

Дикарь, который гнался за мной, обогнул Романовича по дуге и попытался исподтишка, подло, воткнуть свое острие на конце дубины в незащищенный бок, целясь в печень. Я видел это. Видел, как Романович, отвлекшись на другого врага, не заметил опасности.

Я не думал, как поступить. Решение пришло мгновенно. Чистый рефлекс.

Я рванулся вперед, вложив всю силу в удар ногой. Мой сапог врезался точно в дубину-копье, отбив его в сторону. Наконечник пролетел в нескольких сантиметрах от бока Романовича. Одновременно с этим я ударил дикаря плечом, сбивая его с ног.

Мы рухнули на землю вместе, покатившись по траве, перепачканной кровью и грязью. Он оказался сверху, его вонючее дыхание опалило мне лицо.

Он схватил меня за горло своими грязными лапищами со сломанными ногтями, пытаясь задушить. Я успел перехватить его руки, не давая сомкнуть смертельную хватку. Но он был тяжелым, массивным, и его вес давил на меня, не давая подняться, не давая вздохнуть. Мышцы горели от напряжения.

Дикарь взревел так неожиданно, что я чуть не подскочил с ним вместе. Это был рев не боли, а целой агонии. Его хватка ослабла. Я увидел, как из его груди, прямо из сердца, торчит окровавленный клинок. Кровь хлынула на меня, заливая одежду. Тело дикаря обмякло, навалившись на меня всей своей тяжестью.

Я сбросил с себя его труп, отталкивая в сторону, и закашлялся, хватая ртом воздух. Передо мной стоял Романович. Он протянул мне руку.

— Квиты, — сказал он, его голос был хриплым, но спокойным. Он тяжело дышал, но в глазах уже не было прежней ярости, скорее — усталость и уважение — Я видел, что ты сделал.

— Я делал то, что должен, — ответил я, принимая его руку и поднимаясь на ноги. Голова слегка кружилась, но адреналин еще не отпустил. — Где Алексей Петрович?

— Там, — Романович кивнул в сторону помоста.

Я бросил взгляд туда. Долгоруков, окруженный своей свитой, отбивался от нападавших. И, что немаловажно, он тоже был обагрен кровью — чужой, к счастью. Он не прятался, не убегал. Он дрался. Вместе со своими людьми. Царь. Настоящий царь.

— Кажется, почти отбились, — резюмировал Романович, оглядывая поле боя.

И действительно, натиск дикарей ослабевал. Их ряды заметно поредели. Оставшиеся в живых, видя, что атака захлебнулась, начали отступать, пятиться к лесу, откуда они так внезапно появились. Наши воины, почувствовав перелом, с яростными криками бросились за ними, тесня их, добивая отставших.

— Барон! — окликнули меня знакомые голоса. Иван и Руслан, перепачканные кровью и грязью не меньше моего, спешили ко мне.

Я видел тонкий, но кровоточащий порез на щеке Руслана, а у Ивана на плече зияла рваная рана — неприятная, но, к счастью, неглубокая. Затянется за месяц, а если Скворцов приложит свою магию, то и того быстрее. Этот старый маг творил чудеса не только с водяными шариками, но и с ранами, в чем я уже успел убедиться на собственном опыте.

Я махнул им рукой, давая понять, что все в порядке. Усталость накатывала волнами, но адреналин все еще будоражил кровь, не давая расслабиться.