Книга Первый инженер императора II, страница 31 – Александр Вольт

Но ничего не случилось, потому что через то мгновение, за которое Маргарита успела нарисовать себе самые ужасные вещи — ей просто натянули однотонное жесткое одеяние, как на рабыню, заткнули рот, окружили и повели по неизвестной дороге.

Так и началось невольное путешествие Маргариты Долгоруковой на север. Мешок с нее сняли только тогда, когда вокруг был сплошной лес и девушка не смогла бы ни на секунду осознать даже сторону света, потому что солнце почти круглый день скрывалось за густыми кронами деревьев, а чтобы разглядеть мох на северной стороне столба — нужно было как минимум остановиться и всмотреться, чего Рите не давали сделать, обступив со всех сторон.

И поэтому перед глазами у нее были только темно-серые, почти черные мантии и голая земля, изредка менявшая окрас в зависимости от того, куда заводили ее пленители.

Пожухлая желтая трава, опавшие листья, песчаный слой, серая земля, черная земля. И вместе с тем бесконечное монотонно-цикличное бормотание людей. Абсолютно неразборчивое и неясное, как бы Маргарита не пыталась.

Все попытки проникнуть в чужое сознание, чтобы разобраться в том, кто ее похитители такие и куда ведут — заканчивались неудачей. Каждая проба напоминала удар с разгона в бетонную стену, от которой сознание Риты отлетало, словно резиновый мяч-попрыгунчик.

Лишь через несколько осознанных дней, когда племянница Алексея Петровича смогла сориентироваться во времени суток и стабилизировать свое состояние — она стала пробовать сканировать окружение на наличие других людей, с которыми ей удалось бы связаться.

Она не верила, что дядя бросит ее и никого не пошлет, но время шло, а вокруг не появлялось ни разведчиков, ни несущейся по следу розыскной службы. Лишь еще почти через сутки она смогла обнаружить слабый отголосок присутствия других людей, находившихся от нее очень далеко.

Я видел и чувствовал одновременно, что сама Маргарита не могла объяснить и не понимала, как ей удалось уцепиться за мое сознание и передать мне информацию со своих глаз. Вернее будет сказать, что она понимала, что показывает, но не могла объяснить как ей удалось.

А дальше случилось то, что было нашим прошлым и в чем я принимал непосредственное участие.

Удивило меня еще кое-что другое. Тот факт, что похитители Маргариты Долгоруковой не говорили с ней, не отвечали на вопросы, а просто вели невесть куда и невесть зачем. По канонам всех тех фантастических книг и историй, что были мне известны — злодеи хоть как-то пытались объяснить свое поведение, но эти… надеюсь руины того города стали для них последним пристанищем.

Я вынырнул из омута воспоминаний почти также внезапно, как и окунулся. Мы продолжали ехать строго на север, как мне казалось, хотя, как уже говорил, тяжело было отследить прямоту курса, когда не за что зацепиться глазом.

Маргарита все также сидела передо мной, переложив руки на рожок седла. Теперь же она смотрела прямо в глаза, мягко улыбаясь по непонятной мне причине. Может впервые за все это время перестала ощущать постоянно нависающую угрозу?

— Но ничего о них ты так и не узнала, — подытожил я.

Она отрицательно покачала головой.

— Нет. Но одно знаю точно: когда вернемся в город, я всю землю перерою, но найду того урода и закопаю его так глубоко, что ни одна собака не найдет, — фыркнула девушка, надув губы и щеки.