Книга Архитектор душ XII. Последнее дело Громова, страница 81 – Сергей Карелин, Александр Вольт

— А что до других городов? — внезапно спросил Торбин довольно громко, перекрывая звук аплодисментов.

— За другие города мы ручаться не можем, — ответил Рудольф, опускаясь обратно в кресло. — Но, думаю, когда они узнают, что наш дом пошел вам навстречу, они поступят так же.

Старейшины вновь начали перешептываться.

— Во-первых, потому что дварфы своих никогда не бросают в беде, — Рудольф многозначительно посмотрел на своих собратьев за столом. — А во-вторых… когда другие кланы узнают, что Торн может получить от Империи что-то такое, чего нет у них…

Король хмыкнул, прикрыв глаза.

— В общем, у них будет достаточно стимула, чтобы присоединиться к нашей кампании, не сомневайтесь. На этом я объявляю совещание закрытым, а решение единогласно принятым.

— И что дальше? — обратился один из старейшин-консерваторов к Рудольфу в возникшей паузе.

И как вы думаете, что же было дальше?

Я, как человек со стороны, ожидал чего угодно. Подписания договоров, экстренных сборов, обсуждения логистики отправки войск или магических артефактов на поверхность. Но старые байки из моего родного мира, где в книгах писали, что дварф без выпивки — это не дварф, оказались правдой.

— Дальше? — удивленно вскинул кустистые брови Рудольф Камнебородый, словно у него спросили самую очевидную глупость на свете. — Конечно же пир!

* * *

Торжественная часть перетекла в банкет настолько стремительно, что я даже не успел толком осознать смену обстановки. Нас просто вывели из зала совещаний и по широким внутренним галереям привели в место, масштабы которого поражали.

Огромный старый каменный зал, чьи своды уходили так высоко во тьму вырубленной горы, что потолка попросту не было видно. Сверху на мощных цепях свисали старомодные хрустальные люстры, дающие желтоватый свет. Вдоль стен тянулись длинные выцветшие гобелены и стояли вытесанные из камня фигуры старых дварфов. Суровые бородатые лица давно умерших героев или правителей строго взирали на суету своих потомков.

Длинные столы ломились от жареного мяса, рыбы, хлеба и бесконечных рядов деревянных кружек. Я сидел с краю одного из таких столов, пил обычную воду и молча наблюдал за происходящим.

Признаться честно, как человек, выросший в мире, где дварфы существовали только на страницах фэнтези, я имел определенные устоявшиеся стереотипы. Например, про женщин этого народа. В книгах писали, что их трудно отличить от мужчин из-за наличия бород.

На практике это оказалось абсолютной чушью. Никакой растительности на лицах дварфийских женщин не было и в помине. Это были невысокие, очень крупнокостные женщины с широкими тазами и плотными фигурами. И, как врач, я не мог не отметить их физиологическую особенность: почти все они обладали крайне пышной грудью, что в целом гармонично соответствовало их общим, весьма крепким габаритам.

Праздник тем временем набирал обороты. Дварфы пили из деревянных кружек, стучали по столешницам так, что посуда подпрыгивала, и без остановки разливали темное пиво прямо из пузатых бочонков. Стоял оглушительный гул голосов, хохота и застольных песен.

В какой-то момент на другом конце зала ожидаемо вспыхнула ссора. Двое бородачей что-то не поделили, вскочили с мест и принялись охаживать друг друга пудовыми кулаками. Я напрягся, ожидая, что сейчас вмешается охрана или конфликт перерастет в массовое побоище. Но нет. Окружающие просто отодвинули тарелки, чтобы те не разбились, и продолжили жевать, изредка подбадривая дерущихся. Это вообще никого не волновало, словно хороший мордобой являлся обязательным пунктом развлекательной программы любого местного пира.