Книга Архитектор Душ Х, страница 114 – Сергей Карелин, Александр Вольт

Но самым жутким было не это. Шая перевела взгляд на физическую оболочку Виктора.

Громов стоял неподвижно, с закрытыми глазами, глубоко погруженный в транс. Но его тело начало меняться. От груди, расползаясь во все стороны, одежду и кожу мужчины стала покрывать тонкая черная пленка. Она поглощала неровный свет свечей, делая контуры тела Виктора размытыми, словно он сам постепенно превращался в кусок пустоты. Тьма брала верх там, по ту сторону сознания, в астрале, и это поражение уже явно проецировалось в физический мир.

Шая сжала четки так сильно, что деревянные бусины больно впились в ладонь.

Эльфийка с сотнями лет наследия за спиной, сильный маг, обученный агент… она… она просто сидела на земле и не могла сделать ровным счетом ничего. Любое ее вмешательство, малейшая попытка передать Виктору свою энергию или пересечь белый соляной контур прямо сейчас приведет к мгновенной детонации всей накопленной в узле нестабильной силы. Это убьет Виктора. Это убьет Алису и Лидию, стоящих рядом с ним.

И, очень вероятно, убьет ее саму.

Ей оставалось только смотреть. Смотреть, как человек, который оказался для нее кем-то гораздо большим, чем просто фигурантом расследования или случайным союзником, медленно проигрывает битву с чем-то, что по какой-то несчастливой случайности и ошибки в ритуале оказалось внутри него.

Глядя на темнеющее тело Виктора, Шая разомкнула пересохшие губы. В тишине ночного леса, перекрывая лишь тихое шипение свечных фитилей, зазвучал ее голос.

Она стала тихо петь. Это была старая эльфийская песня на ее родном языке — протяжная, ровная и глубокая. Песня-молитва, которую в древности пели уходящим в безнадежный бой, прося у Мировой Энергии милосердия для тех, кого уже нельзя было защитить ни сталью, ни магией.

Слова древнего мотива растворялись в холодном воздухе, пока пальцы эльфийки лихорадочно, бусина за бусиной, перебирали четки. Шая пела, не отрывая потемневшего взгляда от лица Громова, которое продолжала затягивать черная пелена, потому что ничего другого в этом мире она сейчас сделать уже не могла.

* * *

Холод стал абсолютным. Черная, вязкая смола миновала подбородок, плотно сковала скулы и поползла по лицу.

Остался только правый глаз. Последнее крошечное окно в ментальный мир. Я выжал из себя все до последней капли, но этого оказалось недостаточно против такой силищи. Смола продолжала стягиваться.

«Это конец», — констатировал мой разум. Я проиграл.

Тьма уже готова была сомкнуться над моим правым зрачком, гася свет навсегда, как прямо в моей голове раздался голос. Знакомый, ворчливый и до скрежета зубов циничный. Голос, который не должен был здесь звучать, но каким-то образом пробился через ментальные барьеры благодаря нашему контракту на крови.

— И это все? — разочарованно и едко протянул гримуар. — Вот так просто сдашься? Лапки кверху и на дно? А как же девочки? Как же друзья? Эльфийка эта, в конце-то концов. Хочешь услышать, что они об этом думают?

Я не мог ответить. Затвердевшая тьма намертво сковала челюсти, парализовав даже призрачное тело. Но книге и не нужен был мой ответ. Она просто распахнула какой-то невидимый канал, транслируя звуки напрямую в мое затухающее сознание.

Сначала пришли удары. Глухие, отчаянные стуки, словно кто-то голыми руками изо всех сил колотил по толстому бронированному стеклу. А затем сквозь них прорвались голоса.