Книга Мечников. Том 7. Расцвет медицины, страница 25 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Однако я уже понял, что можно помочь человеку, но не спасать ему жизнь. Таким хитрым трюком имеет смысл пользоваться, когда о лекарском вмешательстве просит человек, который только что угрожал расправой мне или близким мне людям. А Виктор Балашов как раз относится к числу таких людей.

Он душит местное население непосильной работой, завышенными налогами и единолично сжирает норму пищи, которой хватит десятерым людям на двое суток.

Плюс ко всему он угрожал нам с Синицыным, выставлял неадекватные условия, на которые нам пришлось согласиться банально для того, чтобы сохранить себе жизнь.

И это я ещё молчу о том, что он сделал со своей семьёй ради получения власти. Если верить историям Токса, разумеется. Хотя пока что я не увидел ни единой причины усомниться в правоте своего мана-клеща. Он явно не лгал о скверном характере своего брата.

Именно поэтому я решил залечить только желудок. Пришлось рискнуть. Да, этот поступок сложно назвать достойным лекаря. Но я всё же оставлю ему язву двенадцатиперстной кишки практически нетронутой.

С другой стороны, а кем я буду, если стану помогать такому человеку, как он? Прихвостнем тирана? Нет уж. Клятвы клятвами, но у меня есть свои принципы.

— Я закончил, Виктор Павлович, — произнёс я. — Вашему желудочно-кишечному тракту должно стать гораздо лучше.

И это правда. Желудок теперь в полном порядке. Днём, набивая себе брюхо, он болей чувствовать не будет. Но следующей ночью его ждёт большой сюрприз.

— Отлично, господин Мечников. Превосходно! — хохотнул он.

Странно, я до сих пор не чувствую наказания от клятвы лекаря. Значит, эта лазейка действительно работает. Я ему помог? Помог. На этом всё.

Угрозы его жизни пока что нет. Значит, своё дело я уже сделал. Пора переходить к следующему плану. Только теперь мне придётся особенно трудно.

Ведь моя задача — вывести этого ублюдка из себя.

— Что ж, Виктор Павлович, вы обещали щедрую плату, — начал я. — С вас десять тысяч рублей. И ещё я бы не отказался от собственного поместья в вашем районе. Желательно внутри стен, неподалёку от вас.

Барон оторопел.

— Мечников, вы в своём уме? Какие ещё десять тысяч рублей? Вы случайно нулём не ошиблись? — произнёс он.

Разумеется, он сильно удивился моим требованиям. Ведь я только что запросил миллион рублей по меркам моего мира. Для одной консультации — это, мягко говоря, чересчур.

— Значит, вы не держите своё слово? — я продолжил разводить его на эмоции. Нужно, чтобы он достиг точки кипения. — Очень жаль. В таком случае мне придётся использовать своё тайное оружие.

Виктор Балашов захлопал своими свиным глазками, затем весь покраснел и воскликнул:

— Да как ты смеешь⁈ Жалкий лекарь! Пару раз взмахнул руками и теперь думаешь, что можешь диктовать мне условия? Да как бы не так! — проорал он. — Щедро отплачу — значит, покрою ваши расходы на дорогу. Больше ты от меня ни гроша не получишь. И вообще, что это ещё за угрозы? Какое оружие? Ты забыл про нашу клятву?

— Не забыл, — улыбнулся я. — Я наизусть запомнил каждое слово, произнесённое как мной, так и вами. Вы поклялись, что не причините нам вреда. Я же подобной клятвы не давал. Вы, Виктор Павлович, почему-то решили, что у меня нет резона вам вредить. Но это не так. Я успел понаблюдать, как вы относитесь к своему населению. Более отвратительного правителя и представить трудно. Садист, тиран, — я перешёл на шёпот, — и братоубийца.