Книга Гений медицины. Том 7, страница 81 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— И что же? — приподнял бровь Раскольников.

Клюнул? Есть надежда, что да.

— Ну, — Кравцов понизил голос, сделал вид, что делится большим секретом. — Константин Алексеевич очень талантлив. Но он также очень… амбициозен. И любит использовать людей в своих целях. Берёт всю славу себе, а тех, кто ему помогает, оставляет в тени.

Раскольников молчал, никак не отреагировал на эти слова. Может, задумался?

— Вы вкладываете в эту клинику огромные усилия, — с энтузиазмом продолжил Кравцов. — Занимаетесь всей организационной работой, решаете проблемы, общаетесь с подрядчиками. А кто получит всю славу, когда клиника откроется? Боткин. А вы так и останетесь помощником.

— Закончили? — ледяным тоном уточнил Раскольников.

Кажется, он не спешит верить…

— Закончил, — неловко кивнул Владислав.

— Константин мне рассказал про вас, — заявил тот. — О ваших махинациях, о проваленной аккредитации, об адвокате, которого вы нанимали. Вы мне не нравитесь, вы гнилой человек. Так с чего бы мне вообще вас слушать?

Нет, точно не поверил.

— Я просто… — договорить Кравцов не смог.

— Ваши попытки настроить меня против моего друга выглядят жалко, — заявил Раскольников. — Мы равны, и это наш проект. И если у вас всё, то покиньте клинику.

Ох, плохо дело. А Кравцов ведь знал, что так будет. Надо было сначала попытаться наладить дружеские отношения, а потом уже постепенно убеждать Раскольникова. Но в итоге Кравцов поспешил.

И сейчас об этом очень жалел.

Хотя нет, зерно сомнений он всё равно попробует посадить. Не зря же он пришел, в конце концов. Надо продолжать!

— Я уйду! — вскинув пухлые руки, проговорил он. Развернулся, пошёл к выходу. В дверях остановился. — Но я вас предупредил. Мне незачем вас специально настраивать против Боткина. Я просто не хочу, чтобы такой хороший человек, как вы, в итоге страдали. Всего доброго.

Готов поклясться, тень сомнений в глазах Раскольникова всё-таки мелькнула.

Начало положено. Григорий Михайлович будет рад.

* * *

Я закончил работать, и всё-таки успел завезти Клочка к Раскольникову домой. Не мог так жестоко поступить с фамильяром — не дать ему увидеться со Снежей после недельной разлуки.

— Кость, нам надо поговорить, — серьёзно сказал мне Эдуард.

Я посмотрел на часы. До встречи с отцом Насти оставалось меньше часа, а надо было ещё заехать домой и привести себя в порядок.

— Давай вечером, когда приду забирать крыса, — предложил я. — Сейчас очень спешу.

— Хорошо, — задумчиво ответил он.

Если бы что-то случилось, касаемо клиники, он бы сказал мне это без прелюдий. Так что разговор вряд ли прям экстренный, и вполне может подождать до вечера.

Я заехал домой, переоделся и отправился в ресторан. Столик я снял в одном из лучших мест Санкт-Петербурга. Граф Телешев был уже там, в сопровождении двух охранников.

Настя тоже сидела за столом. Сегодня на работе её не видел, она взяла день отгула. Девушка выглядела просто великолепно, в вечернем платье и с красивой причёской.

Когда я подошёл к столику, граф поднял взгляд. Мужчина лет пятидесяти, с седеющими висками и проницательными серыми глазами. Он явно следил за собой, фигура была подтянутой. На нём был безупречный костюм, а на пальце поблёскивал перстень с фамильным гербом.

— Добрый вечер, — слегка поклонился я. — Меня зовут Константин Алексеевич Боткин. Рад знакомству, господин Телешев.