Книга Гений Медицины. Том 2, страница 112 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— Дело серьёзнее, — ответил я. — У моей пациентки R75.

В современном мире люди создали такое понятие, как международная классификация болезней. Сделано это было для того, чтобы систематизировать все заболевания, и не возникало путаницы в разных странах. Когда я попал в этот мир, классификацию тоже пришлось учить с нуля.

R75 — это означало лабораторное обнаружение вируса иммунодефицита человека.

— У кого именно? — напрягся Зубов.

— Госпожа Фетисова, — подтвердил я его худшие опасения. — Результат только пришёл. Более точные анализы ещё не брали, к Жиркову проверять базу ещё не ходил. И пациентке ещё не сообщал.

— Ой-ёй-ёй, — только и произнёс наставник, усаживаясь на диван и хватаясь за голову. — Это очень плохо.

Ситуация и в самом деле сложная. Начиная с того, что пациентка непростая, легла на обычное обследование. Точнее как подозреваю, легла она сюда из-за меня. Несостоявшаяся невеста.

— Я предлагаю оставить её пока что на нашем отделении, — предложил я. — Палата у неё отдельная, в коридоры она не выходит. Я поговорю с Жирковым, поговорю с Фетисовой. Нужно только ваше разрешение.

— Пусть пока остаётся в терапии, правилами это не запрещено, — устало кивнул Зубов. — Вы уверены, что хотите на себя взять все эти дела? Всё-таки это моя обязанность, вы всего лишь интерн.

— Она сама захотела, чтобы я был её лечащим врачом, — пожал я плечами. — Поэтому мне и разбираться со всем этим. Я считаю, что это правильно.

— Даю вам полное разрешение, — ответил наставник. — Честно говоря, даже рад, что вы высказали такую инициативу. Сами понимаете… Дело это муторное.

Ещё как понимал. Но с Фетисовой нас связывало многое, поэтому я решил помочь ей сам. Тем более, что только на днях задумался про возможность лечения иммунодефицитов… Но для этого нужно было попасть в храм Великого Ткача. Что сегодня уже вряд ли получится.

Я захватил свою сумку и пошёл в туалет на совещание с Клочком. Он тоже вернулся со всех своих дел.

— Я всё слышал, — вылезая из сумки, тут же отчитался крыс. — И я в шоке. Это точно?

— Надо ещё раз проверить, конечно, — ответил я. — Но ложноположительными они редко бывают. В нашей лаборатории всё точно, анализы не путают. Поэтому придётся мне со всем этим разбираться.

— И в храм Великого Ткача сегодня не попадём, — печально добавил Клочок.

— Вряд ли, — кивнул я. — Хотя потом до него добраться всё же придётся. Если ты прав, и он является местом силы, то мне это пригодится. Я хочу помочь Фетисовой.

Клочок мигом натянул на мордочку хитрое выражение.

— Понравилась кандидатура в кошки-жёны? — пискнул он.

— Даже не начинай, — вздохнул я. — Я просто хочу ей помочь. Лучше скажи, как прошла слежка за Ольгой Петровной? Это она подослала этого утреннего молодого человека устроить спектакль?

— Вряд ли, — покачал он головой. — Ничего подозрительного я от неё не заметил. Пыталась до кого-то дозвониться весь день, но безуспешно. Пару раз даже вслух говорила «Ну возьми же трубку!»

Нетрудно догадаться, до кого именно она дозванивалась. Явно до Соколова. А тому явно снова не до Ольги Петровны.

Что ж, раз это не они подослали этого псевдопациента, значит всё-таки Шуклин. Хотя сыграл удивление он довольно правдоподобно. Помогает ему кто-то из приёмного отделения, но я так и не выяснил кто. Есть догадки, но никаких доказательств.