Книга Гений Медицины. Том 2, страница 111 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

— У неё отдельная ВИП-палата, — заявил я. — Проплаченная. К тому же она является одним из попечителей нашей клиники. Этот вопрос мне надо обсудить с заведующим.

Разглашать информацию о диагнозе другим лицам врач не имел право. Однако я имел статус интерна, и не мог не обсудить ситуацию со своим заведующим.

— Ещё кое-что, — добавил я. — Надеюсь, вам не нужно напоминать, что эту информацию разглашать нельзя? Ни другим медсёстрам, ни санитаркам, никому.

— Я и не собиралась, — надула губы медсестра. — Но погодите, вы серьёзно рассматриваете вариант, что она останется на нашем отделении?

— Она имеет на это право, — пожал я плечами. — ВИЧ-инфицированные могут получать такую же медицинскую помощь, как и все остальные.

Надо ещё дойти до Жиркова, и посмотреть в специальной картотеки ВИЧ-больных, нет ли там госпожи Фетисовой. Возможно, она давно знает о своём заболевании. Правда, тогда вопросы буду уже к ней, почему она не сообщила об этом.

— Я не хочу, чтобы в терапии лежали прокажённые! — вдруг заявила медсестра. — Тем более заразные! Тем более такой гадостью!

Дискриминация людей с ВИЧ. Доводилось мне читать пару статей об этом. Сталкиваясь с новой темой я всегда стремился изучить её со всех сторон, чтобы сложить в голове полную картину. Так что разумеется я знал о негативном отношении к людям с таким диагнозом.

Тем не менее не ожидал, что сказать нечто подобное может медицинский работник.

— ВИЧ-инфекция передаётся через кровь, — спокойно сказал я. — Если все правила забора крови были соблюдены, а я уверен так и было, учитывая оборудование в процедурном кабинете, то риска заражения нет. Так что успокойтесь и не говорите такой откровенной чуши.

— Я всё равно к ней в палату больше не пойду, — поджала губы Ольга Петровна. — Что бы вы не говорили, я знаю, насколько эта болячка заразна.

— Ваши слова заставляют сомневаться в вашей компетенции, — холодно ответил я. — А если у вас недостаточная компетенция, то и ваша должность главной медсестры отделения под сомнением.

Медсестра стремительно побледнела.

— Вы не станете меня увольнять, — то ли попросила, то ли спросила она. — Я же тут уже давно работаю!

Да я вообще-то и не имел права её увольнять. Но было неприятно слышать подобные высказывания от медицинского работника.

— Больше чтобы подобного я не слышал, — отрезал я. — Информацию никуда не распространять, тем более пациентке не говорить. Я решу этот вопрос.

И захватив результаты, я направился к Зубову. Тот нашёлся в ординаторской, распивающим с Терентьевым чай.

— Не понимаю, почему ты не хочешь пойти в бар и отметить нормальным магическим коктейлем, — пробурчал гинеколог. — Я тебе что, первоклассник чаем отмечать.

— А тебе отмечать нечего, это Константину нужно сказать спасибо, — отрезал Зубов. Затем заметил меня, — а вот и он! Константин, чего домой не идёте? Я вас ещё полчаса назад отпустил, пораньше.

— Проблема возникла, — отозвался я. — Нужно обсудить с вами наедине.

— Вот уже и не нуждаются они в моей компании, — трагично вздохнул Терентьев. — И выгоняют из ординаторской. Ну и ладно, пойду работать.

Он напустил на себя максимально печальный вид и медленно вышел из ординаторской.

— В чём дело? — спросил у меня наставник. — Только не говорите, что снова чья-то дочь не дочь.