Книга Бывает и хуже? Том 8, страница 56 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Так, интересно…

— … я тебя прикрывала! Я с тебя глаз не сводила полгода! Я тебе график переделывала, премию выбила, когда ты её не заслужила! А ты что устроила⁈

Я остановился и невольно прислушался. Интересно же!

— Я вас не просила, — это уже голос Кристины. — Татьяна Александровна, я вас об этом ни разу не просила! Это вы сами всё придумали!

— Я придумала⁈ — громко воскликнула Татьяна Александровна. — Это ты сама ко мне приходила, ты сама на дни рождения у Виталика была! Ты с ним полгода кофе пила в кофейне, я тебя там сама два раза видела! И что, я это всё «придумала»⁈

— Мы с Виталиком просто общались! — выкрикнула Кристина. — Он хороший мальчик! Но я за него замуж не собиралась!

О, знаю, о чём речь. Лена как-то мне рассказывала, что Татьяна Александровна присмотрела Кристину как партию для её сына. И поэтому на многие выходки медсестры закрывала глаза.

Кристина этим успешно пользовалась, но тут, видимо, подошёл критический момент. Татьяна Александровна стала спрашивать, когда свадьба.

Происходящее становилось всё интереснее.

— Я вообще не люблю Виталика! — добавила Кристина. — Мне нравится Стас.

Ох, какая драма. Дальше раздался голос Шарфикова. А он, оказывается, тоже там.

— Кристин, я вообще не понимаю, чё происходит, — заявил он. — Ты чего, серьёзно, что ли? Я тебе никаких поводов не давал.

— Стас, — отозвалась та. — Я уже полгода пытаюсь сделать так, чтобы ты понял. А ты не понимаешь. Я же хомяка тебе дарила!

Ёлки-иголки, ну и абсурд. А я продолжаю это слушать, прямо вот не оторваться!

— Так я… — Шарфиков откашлялся. — Кристин, ну ты чего?

— Так, — сказала Татьяна Александровна. — Значит, Виталику моему ты просто голову морочила?

— Я не морочила, это он неправильно понял! — отозвалась та.

Ладно, пора бы уже войти. Я резко раскрыл дверь. Красная Кристина, злая Татьяна Александровна, растерянный Шарфиков. Картина Репина «Любовь зла, полюбишь и Шарфикова».

Все трое посмотрели на меня одновременно.

— Доброе утро, — спокойно сказал я. — Не помешал?

Никто мне не ответил.

— Татьяна Александровна, — продолжил я, — Кристина, Стас и Дюша Метёлкин. Очень хорошо, что вы все здесь. У меня к вам как раз есть рабочий разговор.

Татьяна Александровна выпрямилась и поджала губы. Шарфиков опустил голову, по привычке ожидая худшего. Кристина просто кивнула.

— Я перераспределяю врачей по участкам, — сказал я. — С понедельника Беляева переводится на участок Кристины, а Стас переходит к Татьяне Александровне.

В кабинете на секунду стало очень тихо.

— То есть как? — медленно проговорила Татьяна Александровна. — На каком основании такие перестановки?

— Потому что я так решил, — ответил я. — Сегодня же сообщу об этом Савчук, не думаю, что она будет против. Юля поправит дела на участке Шарфикова. А вы, Татьяна Александровна, займётесь его воспитанием.

— Я «за», — неожиданно сказала Кристина. — По личным причинам.

Слышал я её личные причины. Не хочет больше работать с Шарфиковым, который её отверг.

— Я тоже «за», — тут же сказал Стас. С ним вообще всё понятно, он просто не хочет перечить мне.

Татьяна Александровна снова поджала губы.

— Раз уж все согласны, то кто я такая, — хмыкнула она. — Пусть переводят. Не думала, что Юле так со мной плохо.

Она кинула взгляд на Кристину, означающий, что разговор ещё не закончен, и вышла. Я тоже отправился к себе в кабинет. Савчук документы подготовлю позже, а сейчас время приёма.