Книга Бывает и хуже? Том 5, страница 67 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Желтушность тоже была заметна сразу. Не то чтобы сильная, но имеется.

— Ещё тошнит, — продолжила она. — Правда, как беременность! Аппетита нет, слабость страшная. Вот терпела-терпела, но тут муж насильно скорую вызвал. И вот приехала.

Я внимательно слушал, делая мысленные пометки. Вот вечно пациенты так! Терпят-терпят, а в итоге попадают в больницу ночью. Когда функционал, прямо сказать, ограничен.

— Какие-то хронические заболевания есть? — спросил я. — Печень, желудок?

— Нет, — покачала головой Екатерина Евгеньевна. — Всегда была здорова. Ну, простуды, конечно, бывали. Но серьёзного ничего.

— Лекарства какие-то принимаете? — уточнил я.

— Только противозачаточные, — ответила она. — Уже года три пью. Сейчас, как же их… Регулон.

Так, оральные контрацептивы, увеличение живота за неделю, боль справа и желтуха. Не самое лучшее сочетание.

— Давайте я вас осмотрю, — сказал я.

Фельдшер закончила заполнять бумаги и, как обычно, молча ушла. Я принялся за осмотр.

Сначала пропальпировал живот. Он был напряжён, увеличен в объёме. При перкуссии был тупой звук по флангам, тимпанит в центре. Классический признак асцита, свободной жидкости в брюшной полости.

Печень прощупывалась, она была увеличенная, плотная, болезненная. Край печени выступал из-под рёберной дуги на три-четыре сантиметра. Селезёнка тоже увеличена.

Главное, что на животе были видны расширенные вены, змеящиеся от пупка к рёбрам. «Голова медузы» — это классический признак портальной гипертензии.

Я измерил давление, сто десять на семьдесят, норма. Пульс восемьдесят, ритмичный. Температура тридцать шесть и восемь.

Посмотрел склеры — желтушные. Кожа тоже с желтоватым оттенком. Язык обложен белым налётом.

— Екатерина Евгеньевна, — сказал я. — У вас в животе скопилась жидкость. Это называется асцит. Печень увеличена, есть желтуха. Мне нужно понять, почему это произошло. Скажите, вы не употребляете алкоголь? Не болели гепатитом?

— Нет, — покачала головой она. — Я вообще не пью. Ну, бокал вина на праздник максимум. Гепатита никогда не было.

Да и не похоже это на цирроз печени, он развивается годами, а не за неделю. Плюс портальная гипертензия.

Похоже на синдром Бадда-Киари. Тромбоз печёночных вен. Особенно учитывая то, что женщина принимает оральные контрацептивы. При их приёме повышается риск развития тромбозов и рекомендуется чаще сдавать кровь на коагулограмму. Только вот не все гинекологи предупреждают об этом пациенток, когда назначают контрацептивы.

— У вас тромбоз печёночных вен, — сказал я. — Это называется синдром Бадда-Киари. Вены, по которым кровь уходит из печени, закупорились тромбами. Кровь застаивается в печени, та увеличивается, жидкость выходит в живот. Это серьёзное состояние, требует срочного лечения.

— Опасное? — испугалась та.

— Да, но вы попали к нам вовремя, — ответил я. — Я вас госпитализирую и начну терапию. Первое, что мы сделаем — это откачаем жидкость из брюшной полости. Лапароцентез. Вам станет легче дышать, боль уменьшится. Плюс назначим препараты, которые разжижают кровь, чтобы тромбы не росли дальше. Хорошо?

Екатерина Евгеньевна кивнула. Я развернулся к Козловой.

— Оформляйте её с асцитом и синдромом Бадда-Киари в терапию, но сначала она отправится в хирургию, — распорядился я. — Никифорову скажите, пусть малую операционную к лапароцентезу готовит.