Онлайн книга «Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки»
|
— Вадим, Андрей… — летит робкое эхо и утихает. Останавливаюсь напротив Зепара, замершего посреди комнаты. Нет, он жив — стоит, дышит, смотрит обычным взглядом хладнокровного ублюдка, даже скорее, нагло-снисходительно ухмыляется. А чего это он стоит, точно прикованный к месту. — Что с тобой?.. Чуть не взвизгиваю от ужаса — ко мне в два шага подходит муж, до этого момента, хоронившийся в дальнем углу: — О, Витуся, это ты, любимая! — шепчет с чувством. Обнимает за плечи, целует в лоб: — Какая же ты умница, — восхищенно бубнит. Растерянно утыкаюсь носом в грудь Вадима. Шумно втягиваю воздух, прислушиваюсь к запахам — возможно, поддаюсь внушению Зепара, но ощущаю отдаленное амбре тошнотворной гнильцы, тянущееся от мужа. Как вариант, его куртка провонялась… Футболка, брюки? Глупость. Нелепые отговорки, оправдания… Внутренне содрогаюсь. Ивакин вдохновлено тараторит: — Так искусно обставить этого… — умолкает на миг, явно подбирая слова, — преступника, — выдавливает и чуть погодя кивает на Зепара: — Он тебя не обидел? — Уничтожил… — мямлю не своими губами. — Любимая, ты о чем? — отстраняется муж. В удивительно холодных глазах ни намека на участие. — Жива, цела, невредима… — Оболочка, Вадимушка, а душа, сердце… Вы оба! — нервно жестикулирую, перевожу взгляд с одного на другого. Андрей невозмутим, бесстрастен, хотя скорее, даже немного скучает. Это цепляет еще больше. Вновь обращаюсь к мужу: — Вот ты… — тычу ему в грудь. — Кто такой, чтобы играть моей жизнью?.. — Твой муж, — отзывается с некоторым недоумением и запозданием Ивакин. — Готов объяснить, если захочешь, только не сейчас… Больше не даю и слова сказать, поворачиваюсь к Зепару: — А ты! — завожусь гневом. — Меня пугаешь как ничто на свете. Ты смог отобрать у меня нечто большее, чем жизнь… — отрешенно мотаю головой и отступаю. — Вит, — муж оказывается рядом и настоятельно трясет за плечи: — Заканчивай истерику. Понимаю, тебе тяжело, но мы должны поставить точку. Если не поторопимся, будет поздно… — Для чего? Кого?.. — мертво бубню, смотря на Вадима невидящим взором. — Для меня, — слышу недовольные, и даже злобно-вибрирующие нотки в голосе мужа. — Тебя, — спешно поправляется. — Нас… спасения… — О, спасение… точно… Тебе нужен кинжал? — отчужденно интересуюсь и фокусируюсь на взволнованном Ивакине — таком на удивление далеком и незнакомом, что к горлу подкатывается тошнота и злоба. Ну я тебе устрою! — Да, — торопливо дергает головой Вадим, — ведь только им можно убить его! — указывает на Зепара. — В глазах искры безумия, но они быстро угасают. Муж настороженно щурится: — Откуда знаешь про кинжал? — Есть добрые люди, или не совсем люди… Вадимушка, скажи, насколько я должна быть слепа и тупа, чтобы не заметить, что Андрей стоит в том месте, точно прикованный? С чего бы человеку на месте прирастать? — напущено задумываюсь. — Заболел? Столбняк? — гадаю иронично. — Да вроде, по внешнему виду, здоров, как конь. Кхм… Может, он… — развожу руками, деланно недоумеваю: — Бред, конечно, но, может, Андрей не человек, а, предположим, — осторожничаю театрально, — демон и ты его загнал в какую-то невидимую ловушку?.. Вадим метает негодующий взгляд на Зепара: — Ты рассказал?.. — недобро пыхтит, но скоро смягчается и гнусно усмехается: — Это даже к лучшему! — скалит зубы. Никогда прежде не видела такого лица у мужа. Всегда понимающий, мягкий, любящий. Сейчас — надменно-пренебрежительный, лицемерный. — Решил массы проблем, неудобств. А то я голову сломал: как жене правду сказать? Так, чтобы поменьше в дебри залезать, не показаться сумасшедшим и в тоже время, чтобы она согласилась добровольно помочь. |