Онлайн книга «Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки»
|
Заголовок, аж кричит «Зепар опять меняет коней на переправе!» Грубо, если намекают на женщин… О, черт! Замираю, от напряжения даже сердце щемит, больно выдохнуть. Так это обо мне?!. На экране наша с Андреем фотка. Обнимающиеся… Целующиеся… Причем, вчерашняя… как понимаю… из раздевалки. Где после… Боже! Радует, что хоть одет… Нет! Все равно ужас! У них там камеры? Кто снимал? Какой позор! Статья чуть ниже гласит: «Сорока двух летнего Зепара Андрея Влацловича вновь поймали объективы фотокамер с очередной красоткой. На этот раз ей оказалась тридцатилетняя Ивакина Вита Михайловна, хозяйка необычного турагентства «Фантом», специализирующегося на паранормальном. Женщина недавно овдовела. Из анонимных источников стало известно, что Зепар взялся охранять Ивакину от маньяка, терроризирующего ее уже долгое время. Видимо, работа переросла в более интимные отношения, что доказывают просочившиеся в инет фотографии». Следует подборка картинок. Мы с Андреем в кафе. Он меня держит под локоть и открывает передо мной дверь… Зепар одевает мне обувь в боулинг-центре… И опять… эта развратная, когда Андрей меня в раздевалке прижимает к себе уже у выхода… Дрожащим пальцем проматываю фотки, ищу продолжение статьи. «…Ивакина горевала недолго по погибшему мужу, а появление нового мужчины в ее жизни сказались благоприятно и на самочувствие. Амнезия, сразившая Виту в семнадцать лет, начала отступать. Женщина вновь посещает своего психиатра и пытается восстановить прошлое по тем отрывкам, которые, наконец, всплывают». Отшатываюсь — сердце колотится как ненормальное, в висках больно пульсирует, ладони потеют. Язык немеет, губы не слушаются, негодование бурлит, клокочет. Никитин будто приведение — весь задается серебристым свечением, руками взъерошивает волосы, бормочет что-то нечленораздельное. Зато циник ухмыляется. — Как ты?.. Что?.. Зачем?.. Да ты… — блею не находя ни толковых вопросов, ни ругательств. — Ты же была не против, — подмечает с ледяным спокойствием Зепар. — Настаивала. Я отговаривал. — Но не так же… — оправдываюсь, запинаясь. — Ты не хотел Никитину-то говорит, а тут на всю планету… — Нам нужно быстро и громко. Идеальный вариант! Сегодня уже миллионы знают, что у нас связь и то, что ты вспоминаешь прошлое. — Так нельзя… Ты… — запинаюсь, не находя цензурных слов для того, чтобы обозвать Зепара. — Ты, — выдавливаю гневно, — посрамил память о моем муже… Что бы между нами не было, Вадим тут ни причем. Зачем его?.. Андрей меняется — грубеет. Лицо ожесточается, багровеет. Массивные дуги бровей съезжаются на переносице, крылья хищного носа яростно трепещут, желваки натягивают кожу. — Ненавижу тебя… — смотрю на Зепара, но сфокусироваться не могу. Очертания размазываются, вместо Андрея чернеет тень. Зловещая, пугающе темная и опасная. Меня парализует, гляжу, а сдвинуться с места не могу. От ужаса проваливаюсь в пустоту. Лечу в прострации… выхода не вижу. Потеряна… — Вы не должны были, — сквозь тишину в голове прорезается горестный вздох Александра: — не должны… Через силу смаргиваю — Зепар — человек. Уже спокоен, чуть прищурен. Рассматривает меня с подозрением. — Ты сам нас свел, — шепчу неверными губами, но, так и не смотря на Никитина. — Уже ничего не изменить. Я говорила, что не хочу его знать, ты не послушал. |