Книга Игрушка подводного Принца. Часть 1, страница 63 – Александра Ермакова

— Смерч, — нашу перебранку нарушил вкрадчивый голос отца. Он не был громким, резким, гневным, но именно такой тон умел прорезать любой спорт, грохот, гром… Заставлял затаиться и ждать следующего слова владыки. — Оставь нас с Тайфуном, — звучало как просьба, но металлические нотки точно указывали на «приказ».

Смерч глубоко втянул воздух, будто собирался начать спор, но также шумно выдохнув, смерил меня злым взглядом.

— Как скажешь, — покосился недовольно на отца, — владыка, — короткий кивок, и размашисто покинул зал.

Я уже мысленно приготовился к войне с Валом. Даже отговорки стандартные заготовил. И отец не удивил:

— Тай, ты больше не можешь держать человеческую самку на острове. А я не могу делать вид, что меня это не волнует. Решение тут одно, — был на удивление спокоен, хоть и говорил категорично. — Ей не место среди нас. И ей нельзя возвращаться к своим… Тем более у тебя на носу ритуал. Только отыграют брачевание простые сородичи, тебе, как будущему правителю Юга, нужно совершить свой. Пора жениться на Волне, и если в течение круговорота сезонов она не зачнёт, Асоль и Гэбэль станут второй и третьей женой. Не забывай, насколько для нас важны наследники. Сильный ген. Не отвлекайся на других… — просьба-требование, отцовский тон смешивался с приказным владыки. — Пробуй с нашими, раз тебе даётся такая возможность!

— А что делать, если не хочу… — признался впервые за всё время в своей зависимости.

Отец помрачнел:

— Я так страшился, что кто-то из вас совершит ту же ошибку что и я когда-то, — пробурчал Вал. Поднялся с трона и тяжёлой поступью спустился ко мне: — Тай, найди силы и прекрати эту связь. Чем больше держишь, тем больше утопаешь. Если переступишь черту… твоё сердце будет уничтожено.

— Боюсь, я уже заигрался, — кивнул виновато. — С каждым днём я чувствую, что она затмевает собой всё, что есть для меня дорогого и важного.

— Вот и прекрати эту пытку, — водрузил руки на мои плечи отец и чуть встряхнул: — У тебя есть невесты, — пристально глаза в глаза. — Красивые, послушные, готовые…

— Вот именно! — махом избавился от хвата Вала. Не зло, но порывисто, задохнувшись от того, что душило. И сердце дикое колотилось неправильно и больно. — А она другая… Это меня и пленит. Думал, что изучу, а на деле… она меня и правда приручила. Мне плохо без неё. Как без воды, когда долгое время на суше. Или как в воде с кислородным голоданием. Тягостно, муторно, места себе не нахожу.

— Мне жаль, — мотнул головой отец. На лице пролегла печать глубокой скорби. — Я правда желал тебе счастья, а не… — запнулся, сглотнул шумно. — Не знаю, чем обладают самки людей, но чувства к ним… — жевал слова, — они непостижимым образом проникают под кожу и всасываются в каждую частичку плоти. Разум мутнеет, сердце то замирает, то несётся с дикой скоростью. И жить хочется как никогда, когда рядом ОНА. И подыхаешь, если не получаешь… Или умираешь от счастья, получив много. Они — смерть. Приятная, мучительно сладкая смерть. Как яд… — говорил яростно, чётко, категорично. Я ни на миг не усомнился в том, что он не понаслышке знал о моей боли.

— Ты это тоже ощущал? — осмелился я озвучить догадку.

Повисло молчание. Вал сел на нижнюю ступеньку. Подался чуть вперёд, руки сложил замком на ногах, и долго смотрел в никуда задумчивым взором.