Книга Игрушка подводного Принца. Часть 1, страница 60 – Александра Ермакова

— Строим заводы перерабатывающие, тару… — я в этом немного разбиралась из-за специфики работы отца. И то, последний проект стопорил как раз из-за нехватки средств. Нет, мы не были бедны, отнюдь, но одно дело, когда у тебя на счету сумма на нужды повседневные и когда нет средств на полномасштабное строительство огромного перерабатывающего комплекса. Тут совсем другие суммы. Отец долгое время бился с учредителями разных корпораций, чтобы проект поддержали. И мой брак со Стэфаном как раз был шагом к важному объединению крупных корпораций, который должен принести инвестиций.

Да, я была разменной монетой, как и Стэфан… Наше солидное приданное измерялось не столь деньгами, как бизнесом и связями. На этот счёт я не строила иллюзий, жаль в них их так ловко заставил поверить Радмински. Хотя, частично мои симпатии к нему остались. Он доказывал, что он не пустой мажорчик, мотающий наследство. Он был достойным человеком и умел зарабатывать, по крайней мере, уже стажировался в отцовской корпорации, и, вроде как, был на особом счету.

Свой кабинет, своё направление, куча народу в подчинении.

Так что ему тоже не сладко. Он весь из себя крутой и достаточный — и тут бах — ему меня подсунули. Не отказаться… Ему как и мне пришлось согласиться с выбором родителей.

Мы жертвы семейных дел!

Просто очень хотелось верить хотя бы в порядочность по отношению к такой же заложнице обстоятельств. В конце концов, я ему не враг. Нам жить… Делить не только кров — нам бизнес потом вместе удержать нужно.

И я с его подачи поверила в невозможное!

В то, что он и я — мы можем быть вместе, как пара.

Зря он так поступил. Зря меня на остров потащил. Зря позволил лишнего принять. И конечно же зря с Анитой меня обсуждал! Их отношения стали для меня ударом, сшибив розовые очки. Я ведь честности хотела. Не любви — так доверительности.

Как он сказал: «пухлая, глупая, наивная, зато настоящая».

В точку. Обидно, но что есть, то есть!

Я думала о случившемся, и не раз. Переваривала обрывки подслушанного разговора. И приходила к единственному умозаключению: хоть и не видела всей картины в целом, но запомнила «булочка, пышечка… станет женой… влюбишься — убью!» По сути разговор молодых, горячих.

Да он меня протрезвил. Заставил видеть то, что по глупости не замечала. Только вряд ли бы что-то изменилось, окажись я опять в своём мире. Обязательств никто не отменял. Отцу как и прежде нужна помощь. Семейство Радмински не упустит шанса объединить наши корпорации. Так что — я только сломалась для открытых отношений.

Сломалась «Бы», если бы… Но мне и того не дано. Увы, я на острове. Никто меня не находит, даже если ищет… А мысли о доме меня одолевали всё время, и теперь всё чаще доводили до слёз бессилия и пустоты.

— Что есть завод? — вырвал из тягучих мыслей Тайфун, хмуря брови.

— Отходоперерабатывающий? — уточнила задумчиво. Амфибия кивнул, и я продолжила: — Большое здание, разделённое на секции и блоки, где есть специальное оборудование, — опять заблудилась в терминах, поэтому торопливо переиначила: — машины, придуманные людьми, для того, чтобы отходы перерабатывать и нечто полезное. Например, бутылку из-под сладкой газировки в специальные гранулы для изготовления тех же бутылок.

По совсем озадаченному выражению лица Тая, поняла, что ему тяжко даётся упорядочивание в голове столь сложных махинаций людей.