Книга По краю земли, страница 214 – Катерина Ромм

— А где он теперь?

— Не знает никто. – Камила развела руками.

Меркурус заметил, что говорит она не совсем чисто: неправильно ставит ударения и путает порядок слов, – но решил не заострять на этом внимание. Наверное, со временем привыкнет и поймёт, как нужно. А даже если нет – какая разница? Она говорит, это главное!

Он снова взглянул на обгоревшие развалины и покачал головой. Некоторые люди остаются безнаказанными, что бы они ни делали. Меркурус отчего‐то был уверен: даже привлеки он к этому делу самого короля Флоры, отец всё равно выкрутится.

Впрочем, Меркурус сам виноват. Ведь, падая с водопада Орили, он мог пожелать что угодно – например, чтобы отцу наконец обломали рога. Но вместо этого он, похоже, думал о Камиле и желал ей счастья. Так что важнее: чтобы зло получило по заслугам или добро было вознаграждено? Меркурус выбрал добро. Может, это и есть справедливость?

Он почувствовал, что Камила сжимает его руку и тянет в сторону крыльца.

— …Жить у нас, – закончила она предложение, начало которого он не разобрал. – А потом построим новый дом мы. Мы – то есть ты и моя семья, – торопливо добавила она и почему‐то покраснела.

— О, спасибо вам, но это не нужно.

Меркурус вдруг сообразил, что она до сих пор ничего не знает о его путешествии – быть может, даже думает, что он вернулся в Набрегу прямиком из Ельны. Его переполняли эмоции, когда он принялся рассказывать о том, что произошло после их последней переписки. Об абсурдной дуэли с придурком виконтом, о настойке от Айлека, затем – о Венде…

Улыбка застыла на её лице, и хотя Камила продолжала кивать каждые несколько секунд, Марку показалось, что она упустила нить повествования. Ещё бы, ведь он пытается вместить невместимое в каждое предложение! И рассказчик из него тот ещё. Как передать на словах горечь терзаний из-за Венды и Айлека? Как описать магию безграничного северного луга, упирающегося на горизонте не в ориента эндел– небесный свод, а в отвесные скалы? Меркурус постарался говорить медленнее и понятнее.

Он подбирался к концу своего рассказа, складывая кусочки мозаики в цельную историю, а Камила становилась всё бледнее. Когда он постарался на пальцах объяснить, что сотворило с Фелтоном проклятое ожерелье, по её щекам потекли слёзы. Марк смутился и ободряюще похлопал подругу по спине. Ведь всё закончилось хорошо: Фелтон поправится, они с Вендой могут быть вместе, в Ангоре его ждёт отличное место…

Они сидели на узкой и шаткой скамейке в саду за домом Камилы, плечом к плечу. Камила отвернулась от него и быстрым движением смахнула слёзы.

— Понятно, – тихо сказала она.

— Понятно?! – воскликнул Меркурус. – И только?

— Что мне сказать… Так много пережил ты.

— Самому не верится, – признался он.

Меркурус вытер мокрые щёки Камилы своим шарфом и улыбнулся. Всё‐таки ему ужасно её не хватало. Он только сейчас осознал это в полной мере, и то, что он так долго не вспоминал о ней, вдруг показалось настоящим преступлением против дружбы.

— Давай после второго совершеннолетия ты тоже переберёшься в Ангору? – воодушевлённо предложил он. – Найдёшь работу, и мы постоянно будем видеться.

— Работу…

Он знал, что у Камилы не слишком‐то много возможностей. Но это было раньше, до того как она заговорила. А теперь всё иначе! И с его поддержкой она обязательно найдёт то, что сделает её счастливой. Марк так ей и сказал.