Книга По краю земли, страница 157 – Катерина Ромм

Шёл второй или третий день пути – он не знал, какой именно. Но точно не первый. Первый день Айлек помнил довольно отчётливо… Они прощались с Миражет, и Фелтон мучительно пытался выбрать книжки в дорогу. А потом мимо потянулись дворы, где в загонах лениво топтались кабаны и овцы били копытами по лужам; северные леса, пахнущие так пронзительно резко этой весной – впрочем, это ведь первая весна Айлека в мире за пределами общины; реки, в водах которых сверкали спинки рыб и проплывали обломанные ветви и прошлогодняя листва.

Необузданная сила природы ошеломляла Айлека, сбивала с ног. Всё смешалось в мыслях, и вокруг разлился туман, плотный серый туман. То и дело из него вырывались новые звуки и запахи; чужие голоса спорили о чём‐то, но Айлек не понимал ни слова; небо то уплывало в пронзительную бирюзовую высь, то падало им прямо на головы. Наверное, он сходил с ума. Чем дальше от общины, от Марель, тем тяжелее. Айлек не мог этого вынести! Ему нужна была помощь. А Венда не замечала. Она была близко, но слишком далеко.

…Ближе к вечеру первого дня Айлек вспомнил слова Меркуруса и поменял фляжки: положил ту, что с водой, в мешок, а на пояс повесил настойку из хвои, снитки и акации. Сразу стало намного легче.

Даже верхом они продвигались медленно и, наверное, ещё не преодолели и половины расстояния до Замка воздушных шаров. Однако теперь Айлека не беспокоило, сколько дней займёт дорога. Он мягко улыбался, подставляя лицо дождю, и готов был ждать бесконечно долго. Главное – он увидит общину Орили, прежде столь недоступную.

В его воображении Орили были всем тем, чем травники быть не могли. Обычные люди, они основали общину над водопадом по собственному выбору. Никто не заставлял их держаться вместе – они сами так захотели. Как же прекрасно! И как чудесно, что он пустился в это путешествие! Всё благодаря ей, благодаря Венде… Он прижался к горячей спине.

— Айлек, ну что опять такое?! – воскликнула девушка.

— Да мы просто уже вымотались, – догнал их голос Меркуруса. – Давай-ка поищем, где можно остановиться. Всё равно дождь мешает.

— А мне нравится дождь, – пробормотал Айлек.

Но его никто не услышал.

С громким треском Меркурус впился зубами в облепиховое яблоко, и Фелтон последовал его примеру. Айлек от яблок отказался. Он был занят: развёл костёр и кипятил в котелке новую порцию настойки. Венда устроилась в углу амбара и боролась с мокрыми волосами, пытаясь расчесать их деревянным гребешком. Она была в не духе.

— Ливень, ветер, какой‐то хлев посреди голых полей! И чего нам в Малакке не сиделось? – Венда закрутила на голове пучок и поёжилась. – Айлек вон совсем плохо переносит дорогу!

— Я оглушён великолепием северной природы, – меланхолично отозвался Айлек. – Всё в порядке.

— Мне тоже нравится наше путешествие, – поддакнул Фелтон. – Дождь обычный, вовсе это не ливень. Ещё и тёплый, почти как летом. И ветер не сильный – так только кажется, потому что мы на лошадях.

Меркурус промолчал. Айлек не видел его за пламенем костра и только слышал размеренный хруст. Кислых облепиховых яблок здесь было в избытке: домовладельцы с целым выводком детей всех возрастов охотно поделились урожаем с четырьмя промокшими путешественниками.

Венда подошла к Айлеку и присела рядом. Подала ему пучок соломы для костра. Лицо у неё после зимы было бледное, почти белое, и тёмные глаза… Айлек помотал головой. Нет, это не Венда, это Марель!