Книга По краю земли, страница 151 – Катерина Ромм

— Мастерская работа. Нет-нет, это ваш, оставьте на память! – Он отдёрнул руку, когда понял, что Алина пытается отдать фигурку. – Наверное, это оберег. Вот только странно, что такой подарок вам сделали в Ориендейле.

— Почему?

— Это Ангел. Божество, сотворившее этот мир. Я расскажу вам пару легенд в пути, если хотите.

Женщина с готовностью кивнула и убрала деревянного ангела в карман куртки, застегнув его на молнию. В последний раз оглянувшись на гостевой дом, она повернулась к лошади, которую Лашет купил для неё в Малакке, взялась за повод и поставила ногу в стремя.

— Ну, как говорится… – Алина хмыкнула, – поехали!

Фраза казалась смутно знакомой – важной, но давно забытой отсылкой к чему‐то великому. Однако, сколько Деметрий ни крутил её в голове по дороге в Ориенталь, он так и не вспомнил. Это означало, что их пути с Поверхностным миром действительно разошлись. Разошлись давно, разошлись навсегда – и так было правильно.

Деметрий готов был вернуть Алину домой через портал и не жалел, что остаётся. Его дом и страна были здесь. Где‐то здесь была его дочь…

В начале февраля, опередив календарь недели на две, пришла весна. Миражет со знанием дела заметила, что потом снег ещё вернётся, но «потом» – это очень далеко от «сейчас». Никто не верит в «потом», когда на улице звенит капель, снежное кружево искрится на солнце и тает чуть ли не на глазах, а в воздухе откровенно пахнет теплом. Меркурус развалился на скамейке под ласковыми лучами и, прищурившись, словно сытый и довольный кот, наблюдал за игрой детишек во дворе.

— Ещё не разбежались? – смешной выговор настиг его со спины, но Меркурус не обернулся. Только неспешно качнул головой.

— С чего им бежать‐то? Здесь у вас как в сказке.

— Как где?

Миражет обошла скамейку и пристроилась рядом, сложив полные белые руки на коленях. Яркий платок соскользнул с одного плеча, и Меркурус осторожно его поправил. Хозяйка гостиницы не возражала.

— Сказка. Это значит «история», «выдумка». Сказка для детей.

— Ах. Поняла.

Какое‐то время оба молчали. Меркурус почти задремал на солнце – он наслаждался покоем последних дней. Казалось, впервые за всю жизнь он позволил себе никуда не бежать, ничего не делать, даже не работать. Всё это ещё будет потом, а сейчас он устал и залечивал раны… Фелтон был в порядке, отец продолжал своё гнилое существование где‐то там в Набреге; никто не ждал его на почте, никто не удерживал в тюрьме. Наконец‐то можно было просто быть. Смотреть по сторонам, выискивать важное и открывать для себя новые смыслы без всякой спешки.

— Я покажу тебе кое-что, мастер. – Голос Миражет едва пробился сквозь подкрадывающийся сон.

— Это вопрос?

Меркурус разлепил глаза и взглянул на девушку. Хозяйка сложила мягкие губы в загадочную улыбку. Она, скорее всего, была старше его, но вряд ли намного. Длинные огненные волосы Миражет сегодня собрала в толстую косу и обернула её вокруг головы – такая причёска взрослила.

— Идём!

Он пожал плечами.

Миражет на минуту подошла к детям – наверное, оставила какие‐то ценные наставления, – и кивнула Меркурусу, чтобы следовал за ней. Они вышли со двора на широкую дорогу и двинулись к центру Малакки. Дома с каждым шагом становились чуть ровнее и выше, и, когда деревня окончательно превратилась в город, пусть и мелкий, Миражет свернула с главной улицы в проулок. Некоторое время они петляли, зажатые с двух сторон серыми каменными зданиями, и Миражет объяснила, что в Малакке простаивает без дела мастерская – похоже, туда‐то они и направлялись. Меркурус, впрочем, понимал далеко не всё, что говорила девушка, и улавливал смысл через слово, а то и через два.