Онлайн книга «Омут»
|
Горыныч набрал номер по памяти, но никто не отвечал. Гудки дребезжали мучительно долго, и, казалось, даже зубы от них заныли, но Колька не сдавался, набирая раз за разом, пока в трубке не раздалось напряженное: — Да? — Ты мой телефон куда дел? — Телефон? — Ты вырвал его у меня из рук! – раздраженно напомнил Горыныч. – Я с батькиного звоню. Ночка долго молча дышал в трубку, а потом спросил: — Ты помнишь, там, на втором этаже… Горыныч дернул из пододеяльника еще одну нитку. — Думаешь, это все наливка? — Чтобы с наливки одинаковые глюки?.. А вдруг кому-то еще нужна была помощь, – тихо проговорил Ночка. — И кошка, – выдавил из себя Горыныч. – Мы забыли там кошку Дня. Ночка издал какой-то звук, то ли кашель, то ли смешок. А Горыныча обдало волной стыда. Вчера он, вооружившись палкой, полез за кошкой на второй этаж – то ли прогнать ее, то ли от нее защищаться. Но это было до того, как он толкнул Демьяна. Не нарочно, но толкнул. Дурака этого пьяного! И зачем только он поднялся к ним, когда о его кошке уже все забыли? И все же надо ему эту кошку вернуть. Горыныч думал об этом всю ночь между короткими периодами дремоты. Мысль прямо-таки сверлила его и без того больную голову. В Дружине шутили, что в одной из кошек родительницы Ильи прячется Кощеева смерть, а теперь Кольке казалось, что в этой конкретной кошке прячется Демьянова жизнь… Ночка выдохнул в трубку так шумно, что Колька отвел телефон от уха. — Я не хочу туда возвращаться, – наконец проговорил Ром. – Там дурное место. А телефон… Твой телефон я, похоже, потерял. Не парься, я тебе свой отдам. Он почти новый. — А кошка? А тот… на втором этаже? — Я туда не вернусь, – твердо повторил Ночка. Горыныч нажал на отбой. Ночка всегда его раньше поддерживал. И сейчас Кольке как никогда нужна была его помощь. А он отказал. В комнату заглянул отец. — Иди есть, – скорее прорычал, чем позвал он, все еще сердитый на сына за вчерашнюю гулянку, украденную наливку и потерянный телефон. Будь Колька на пару лет младше, отец отвесил бы ему затрещину, но сейчас сын был уже ростом с него самого, а может, и чуть-чуть повыше. Взрослые уменьшаются, когда вырастают их дети. — Пап, – тихо попросил Колька, – отвези меня в одно место. За телефоном. Но дети продолжают искать в них опоры. Отец молча вышел из комнаты, но Колька знал: он отвезет. * * * Горыныч не помнил, где именно находится та заброшка. Это Феникс привез их туда, потом укатил с девчонками и Кощеем, а как только «избушка» вернулась, парни, погрузив Демьяна, помчались в больницу. Пришлось писать Фениксу, он как раз был онлайн, но первым делом Горыныч спросил: «Как там День?» «У меня нет новостей, – ответил тот. – Еще рано». «Я телефон там оставил, – написал Горыныч. – И заодно кошку Дня поищу. Ее же никто не забирал?» «Нет, – подтвердил Феникс. – Но она же уличная, то уходит, то приходит. Помнишь, как в тот раз?» «Ага, жаль, что телефон сам прийти не может». Как-то неловко было настаивать на поисках кошки. Колька и себе-то не признавался до конца, что собирается обратно именно из-за нее. И отчасти он был даже рад потере телефона – нашелся удобный предлог. А еще ему хотелось понять, что за существо скрывалось там под одеялом. При дневном свете весь вчерашний страх выцвел. Серый выходной и чувства делал серыми. |