Книга По ту сторону бездны, страница 52 – Татьяна Лакизюк

Луна хотела отойти от опасного края обрыва, но, едва она попыталась сдвинуться с места, ее друзья, словно марионетки, управляемые невидимым кукловодом, как по команде, встали и двинулись на нее, шагая в ногу, словно отряд вышколенных солдат.

Их глаза… Сначала там был один завиток, но Луна моргнула, и их стало два. Девушка протерла глаза, и вот уже три завитка сплелись друг с другом. Они больше не походили на танцевальные ленты и выглядели как клубок червей. Мгновение – и черви вырвались из глаз и устремились к ней, словно осьминог выбросил щупальца.

Девушка закричала. Закричала так, что заложило уши. Она в панике отшатнулась, и одна ее нога ступила в пустоту. Отчаянно замахав руками, Луна попыталась вернуть равновесие, но ничего не получилось. Спереди давили черные нити, а сзади тянула смерть. Луна зажмурилась. Она уже почувствовала зловоние, поднимавшееся из бездны, и ощутила, как липкая масса начинает затягивать ее…

И вдруг в ее плечи вцепились чьи-то крепкие руки. Луне стало больно, и от этой боли она словно очнулась и схватилась за держащие ее руки с такой силой, что у нее свело пальцы.

Все звуки мира одновременно обрушились на нее. Словно до этого момента кто-то собрал их в большой мешок, крепко затянув его, но они нашли прореху и разом высыпались на волю.

— Луна! Что с тобой! Очнись! – вопил перепуганный Фиччик.

Только сейчас она ощутила его лапки, которые вцепились в ее косу, причиняя, между прочим, сильную боль.

— Луна! Открой глаза! Луна, ты слышишь?

Это кричала Сентария. В ее голосе звенели слезы.

— Не толкайтесь! Не мешайте. Аметрин, оттащи ее от края. Дайте я посмотрю.

Это вмешался рассудительный Эгирин. Но было слышно, что даже его хваленая выдержка дала трещину. В таком всегда спокойном голосе звучали панические нотки.

— Разойдитесь все. К краю ни ногой. Все к стене. Прижмитесь и не двигайтесь. В центре остаемся только я, Луна и Эгирин.

Это уже Аметрин, чей мощный голос легко перекрыл все остальные.

— И я! Я тоже в центре, – пропищал Фиччик, продолжавший тянуть Луну за косу.

— Конечно, и ты, – сказал Аметрин. – Только отпусти волосы, ей больно. Эгирин, я не могу ее поднять, она держит меня за руки. Не получается расцепить пальцы. Она словно каменная.

— Сейчас, – отозвался тот.

Луна почувствовала, что ее приподняли и медленно понесли. Умом она понимала, что опасность уже позади. Дух смерти исчез, словно его и не бывало. Сейчас в воздухе был лишь свежий ветер, вкусно пахнущий луговыми травами, и аромат одеколона Эгирина. Такой же, как у Мориона. Древесный запах с ноткой свежести.

Поставив Луну в центре лужайки, друзья обеспокоенно топтались рядом. Эгирин положил ей на лоб руку, от которой начало исходить золотое свечение.

— Она в шоке, – тихо сказал он. – Что-то напугало ее до потери разума. Я чувствую потрясение и ужасную боль.

— Она ранена? – встрепенулся Фиччик, который практически лежал на груди девушки, обнимая ее за шею.

— Нет! – уверенно ответил Эгирин. – Эта боль не физическая. Это боль души. Она страдает, и она потрясена. Дайте мне пару минут. Нужно сосредоточиться.

Фиччик послушно замолчал, перестав сопеть и вздрагивать. Он лишь еще крепче обхватил Луну и прижался к ней.

Эгирин взял обеими руками лицо девушки и заглянул в ее глаза. Обычно такие живые и искрящиеся, сейчас они были пусты. Девушка все слышала, но не могла справиться с оцепенением, которое завладело всем телом. Пальцы, сжимавшие руки Аметрина, уже болели от напряжения, но расслабить их не получалось.