Книга По ту сторону бездны, страница 51 – Татьяна Лакизюк

— С веревками тут творится что-то странное, – добавила Луна. – Какой бы длины они ни были, до завесы ни одна не дотягивалась. Говорят, едва начинаешь спуск, веревка будто укорачивается и ее хватает лишь на то, чтобы подойти к краю этого выступа.

— Выходит, Эссантия не пускает вас?

— Выходит, что так, – теперь уже Луна пожала плечами.

У нее не было другого объяснения, почему ни у кого не получилось проникнуть сквозь завесу. Видимо, туман действительно был призван хранить некую тайну, которая несколько тысячелетий будоражила умы драгомирцев.

После еще одного пикника все расселись на выступе и невольно замолчали. Атмосфера была столь загадочной, что разговоры прекратились сами собой. Даже неугомонные Пиритти с Пироппо сидели, задумчиво глядя вниз. К ним пристроились их не менее неугомонные хранительницы, на мордочках которых застыло благоговейное выражение. Всем казалось, что они прикоснулись к чему-то великому.

Луна сидела недалеко от края и внимательно смотрела на белоснежную завесу. Это был не просто плотный туман. Он двигался, дышал и жил своей жизнью. Потоки дыма постоянно клубились и переплетались друг с другом, создавая неповторимые узоры. Луна не могла отвести глаз.

Вдруг она увидела, как в картину, только что созданную дымом, начал вплетаться тоненький черный завиток. Настолько тонкий и едва различимый, что девушка решила, что ей привиделось. Но, приглядевшись, она убедилась, что действительно видит этот завиток, который закручивался и раскручивался внутри завесы. Постепенно он становился все толще, и Луне уже не приходилось напрягать глаза, чтобы разыскать завиток среди плотного тумана. Быстрый, словно длинная лента в руках опытной танцовщицы, он танцевал так вдохновенно, что Луна была очарована.

Он как будто молил о чем-то, сначала неистовствуя в бешеном танце, затем сникая без сил. Наблюдать за ним было так же интересно, как за языками пламени, что сливаются в жарком танце. Но языков пламени много, а завиток был один, печальный и бесконечно трогательный. Луна не удержалась и подошла к обрыву. Завиток словно обрадовался и подлетел к ее ногам. Он даже немного дрожал от нетерпения, а его танец стал настолько стремительным, что девушка почувствовала потоки ветра, исходящие от него.

С усилием отведя взгляд, Луна обернулась на друзей. Она хотела позвать их, чтобы они тоже насладились зрелищем, но что-то в их фигурах показалось ей противоестественным. Сначала она не поняла, в чем дело, и громко окрикнула их, но они не отозвались. И тут Луна осознала, что не так. Ее друзья, включая хранителей, застыли в одной позе и не двигались.

Но не это было самым страшным. Хуже всего были их глаза. Безжизненные и пустые. В них клубилась белая пена, в которой плясал черный завиток. Друзья ничего не делали, только смотрели этими ужасными глазами.

Завиток дрожал, манил, требовал и не останавливался ни на секунду. Зрелище было настолько жутким, что девушка вскрикнула и попятилась. В спину вновь дохнул ветер, и Луна испуганно замерла, боясь пошевелиться. Она физически чувствовала за спиной бездну, которая больше не казалась ни загадочной, ни волшебной. Оттуда веяло жутью и – Луна была вынуждена это признать – смертью.

Спина и шея покрылись мурашками. Мышцы между лопатками свело от страха. Смерть дышала ей в затылок, и девушка совсем не хотела поворачиваться. Она боялась того, что может там увидеть.