Книга По ту сторону бездны, страница 122 – Татьяна Лакизюк

«Правители заколдованы, а значит, и я могу быть под заклятием… То есть это не сон?»

Преодолевая страх, она коснулась одной из нитей и ощутила ее упругую силу. Нить попыталась обхватить палец, но Луна отдернула руку.

«Я чувствую их, значит, это не сон… Сны не могут быть до такой степени реальными… К тому же я чувствовала боль…»

Луна так сильно ущипнула себя за руку, что едва смогла сдержать крик. И тут же привычным движением ладони убрала красное пятно.

«Я пользуюсь силой. Это не сон».

К горлу подступила паника. Чтобы заглушить ее, Луна начала вспоминать песенки, продолжая бродить по коридорам и аккуратно отмечать каждый вход и выход. Когда закончились песни, она стала решать в уме примеры, потом – вспоминать недавно выученные медицинские темы.

«Сердце находится в центре грудной клетки и смещено нижним левым краем в левую сторону, в так называемой околосердечной сумке – перикарде, которая отделяет сердце от других органов. Оно состоит из четырех полостей, или камер: левое и правое предсердие, левый и правый желудочек», – повторяла Луна про себя, чувствуя, как колотится ее собственное сердце.

Тишина угнетала. Только сейчас она поняла, насколько разной может быть тишина. Если человек устроился в удобном кресле с хорошей книгой, тишина становится уютной и домашней. А какая глубокая тишина живет в горах! Она настолько осязаема, что хочется потрогать ее рукой.

Там, где сейчас находилась Луна, тишина была удушающей и тяжелой, она давила на плечи. Хотелось сесть и сжаться в комок, плотно заткнув уши, чтобы не слышать эту тишину. Повторив в уме половину медицинской энциклопедии, Луна поняла, что устала. В горле пересохло, хотелось пить и, как ни странно, спать.

«Я хочу спать. А во сне невозможно хотеть спать. Это точно не сон», – обреченно подумала она.

Луна заставила себя ровно дышать и продолжать идти. Девушка боялась, что если она упадет, то больше никогда не поднимется с серого пола и навсегда затеряется в этих темных лабиринтах.

Ей казалось, что прошло уже несколько часов, а может, дней. И вот остался последний неотмеченный коридор. Когда Луна на подгибающихся от усталости ногах вышла из него, она очутилась в огромной комнате.

И эта комната не была пуста. Там находились дети. Много детей разного возраста: от малышей, едва стоящих на ногах, до подростков, которым было примерно столько же лет, сколько и самой Луне.

Они молчали. И они играли в мяч. Без звонкого смеха, криков, шума, как это бывает при любой игре, а в полной тишине. Просто перекидывали мяч, даже не глядя друг на друга. Луна замерла. Было в этом потустороннем безмолвии что-то жуткое.

Дети как дети… Без уродств, страшных глаз, даже симпатичные, аккуратно одетые и причесанные. Но Луна чувствовала, как ее кожа покрылась мурашками, а сердце быстро застучало.

Неожиданно мяч полетел в ее сторону. Девушка машинально поймала его. Так неловко, что чуть не уронила. Покрутив мяч в руках, она бросила его ближайшему мальчику лет двенадцати. Тот поймал и передал дальше, одновременно сделав приглашающий жест. Луна поняла, что он зовет ее к ним в круг.

Чем ближе она подходила, тем хуже слушались ноги. Каждый шаг давался с трудом. Но Луна упорно шла, сама не зная зачем. Подойдя ближе, она смогла разглядеть этих молчаливых детей. Правильные черты, изящное сложение, длинные руки с чуткими пальцами, какие бывают только у целителей, хорошо отутюженная и выстиранная одежда, прически, уложенные волосок к волоску.