Онлайн книга «Големикон»
|
— Ладно, ноги в руки, и вперед. Хотя бы ради той драконихи. Хотя бы ради… себя. От разговора с самой собой девушку отвлекла внезапная тряска – пришлось сильнее вцепиться в обшивку. Что-то загремело, заскрежетало, и девушка невольно опять посмотрела вниз – они приближались к равнинам. Узкими полосками внизу выделялись засаженные тыквой и картофелем поля, а между ними – точки-домики. Прасфора даже видела людей, замерших на своих местах и смотрящих в небо. Еще одна тряска заставила девушку до боли в ладонях вцепиться в обшивку. И тут она все же заплакала, непонятно, с какой это стати, почему – и возненавидела себя за это. Тихо, чтобы никто не заметил. Через слезы казалось, что небо – хотя куда уж ему – опять стало падать. День господина Турнепса начался вполне себе типичным образом, но он и не был против, всегда любил эту житейскую типичность, отличный залог стабильности, позволяющий крепко и с уверенностью стоять на ногах. Собственно, как каждое утро на протяжении пятидесяти лет, он встал, умылся, заварил чаю, подготовил все к работе, дождался, пока проснется семья, позавтракал, ушел в сарайчик, набрал инструментов и вернулся на поля, где полыхала бесстыдно-рыжим созревшая тыква и увядали листья картофеля. Тоже абсолютно типично, с плещущей радостью в груди, господин Турнепс посмотрел на далекие черепичные крыши равнинного Хмельхолма, а потом повернулся к горной части города – и вроде как собирался продолжить дальше типично работать, но резко вновь посмотрел на горы. Это уже само по себе выходило за рамки типичности. А потом господин Турнепс разглядел марширующих прямо в сторону его полей странных големов, части которых почему-то блестели на слабом солнце. Зрение иногда подводило Турнепса, так что он подумал, что ему показалось. Чего не привидится, когда предстоит так много копать. Но големы, наоборот, становились все четче. Турнепс уже различил металлические протезы и даже поймал себя на том, что шокирован увиденным, но засунул шок в чулан сознания – пусть полежит там до окончания работы, а дальше – сколько угодно. Но внуков, наверное, надо предупредить. Турнепс провел ладонью по практически облысевшей голове и побежал к дому – увидел, что внуки с бабушкой уже стоят на крыльце, только вот смотрят почему-то наверх, тыкая пальцем. Господин Турнепс тоже поднял голову. И вот тут шок все же яростно вырвался из чулана. — Ты собрался сделать что?! – Хюгге не заметил, как задрожал его голос. – Ты хоть понимаешь, что ты хочешь сделать? Попадамс смотрел на Кэйзера круглыми глазами, пытаясь понять, показалось ему или нет. — Я сказал, сбрасывайте. Чего ты хотел, Хюгге? Началась война, которую мы готовили вместе, которую мы так долго ждали, ради которой, – он поднял механическую руку как доказательство, – так много потеряли. Нужно начать здесь и сейчас, чтобы до всех дошло. — Я не готовил войну, – словно бы начал оправдываться Хюгге, одергивая намокший белый мундир. – Я готовил открытие. — Ради которого ты убивал грифонов. Попадамса передернуло. — Но грифоны – это ведь не люди! И тогда… Хюгге даже не находил, что сказать, но мэр вовремя перехватил инициативу. — Какая разница, Хюгге. Я прошу тебя сделать это, или хотя бы отдать приказ кому-то еще – сбрасывайте бочонки с алхимическими жижами Барбарио. |