Книга Верхний мир. Книга 1. Дети Кроноса, страница 69 – Вика Маликова

— Браво, Ярослав Васильевич! Вы ловко манипулируете нашим чувством вины, – Женя наконец сел за стол. – А теперь перейдем к Кате Решетниковой.

Энгель кивнул:

— Ладно. Вы имеете право услышать всю историю от начала до конца. Мой отец был руководителем «Детей Кроноса». Я узнал об этом рано, лет в одиннадцать. Случайно подслушал его разговор по телефону. Папа, как мог, учитывая мой возраст, разъяснил мне ситуацию. Ни мама, ни сестра не были в курсе. А в тот злополучный майский вечер ничего не предвещало беды. К моей сестре Ане пришла на ночевку Катя. Я смотрел телевизор на втором этаже, папа с мамой готовили ужин на кухне. Вечером случилось небольшое землетрясение, и сразу же в кабинете зазвонил телефон. Оказалось, что два мальчика, которые были на примете у ордена, отсеялись. Один загремел с аппендицитом в больницу, второй уехал к бабушке на юбилей в Казахстан. Отец должен был принять сложное решение, а времени искать другого ребенка уже не было. Мама несколько раз попросила девочек, чтобы они закрыли окно перед сном, и со спокойной душой ушла спать на второй этаж. Отец дождался, пока они уснут, и, осторожно подняв Катю из кровати, передал своему коллеге через окно. Вот почему никаких следов не осталось, кроме притоптанных цветов. Папа не впустил коллегу через дверь, потому что боялся, что щелчки замка или шаги по коридору, да и любая возня разбудят кого-то из домашних.

— Аня это видела? – спросила Виджая.

— Да. Однако она полагала, что это был сон, и окончательно проснулась за час до рассвета, когда приспичило в туалет. Вернулась в комнату, а Катина кровать была пустой. Аня подняла панику. Вызвали следователя и монстрологов. Чуть позже Аня стала припоминать события той ночи. Ей трудно было объяснить произошедшее. Она замкнулась в себе и, заедая стресс, чуть позже заболела диабетом.

— А дальше? Что произошло с Хранителем? Что ваша сестра рассказывала? – спросил Женя.

— Я ничего не знаю о Хранителе. С сестрой про это не говорил. Я вообще не знаю, где она. Не видел ее около года. Видимо, она убеждена, что наш отец – маньяк…

— Что недалеко от правды, – огрызнулся Женя.

— Племяш! – прикрикнул Алесь, а Энгель так резко подскочил, что стул с шумом покатился по полу.

— Не смей, Бражник, называть моего отца маньяком! Он был честным и добрым человеком. Он помогал другим, заботился о соседях и в последние годы занимался благотворительностью. Ты не был, к счастью, на нашем месте и не знаешь, что испытываем мы. Нам больно и страшно! Но орден – наш долг, наше служение общественности. Как же легко быть судьей! Поживи моей жизнью, поноси мою обувь и пройди по моим тропам, и только после этого осуждай. Я считаю нашу беседу оконченной. Все, что сказано в пределах этой комнаты, должно остаться между нами. Я нарушил сейчас десяток правил нашего ордена, но это было вынужденной мерой. Женя, никаких подкастов! Иначе ситуация выйдет из-под контроля. Я рассчитываю на ваше благоразумие.

— Благоразумие? Сами вы действуете не так изящно, как хотелось бы для члена некоего тайного сообщества. Зачем вы подговорили ту старуху из дома престарелых соврать нам про Железного человека? – спросил Женя.

— Думал, что вы поверите, что Катю похитил иноморф, и потеряете интерес к расследованию, – отмахнулся Энгель. – Но вас нелегко обвести вокруг пальца. Ольга Леонидовна была подругой моего отца, вот и согласилась мне помочь. Ладно! Теперь я отвезу вас по домам.