Книга Наличники, страница 63 – Юлия Шляпникова

Вечером позвонил Петя. Он был очень оживлен, на заднем фоне слышались голоса Арины и детей.

— Когда планируете приехать? – спросила Аня. Евгении скоро исполнялось сорок девять, и Петя планировал, как и всегда, приехать поздравить мать вместе с семьей. Сережка, к счастью, планировал этот год пропустить – на работе не давали отпуск. Зато его стоило ждать летом, когда у Лидии планировалось масштабное празднество. Страшно подумать, что будет на следующий год, когда у обеих тетушек случатся юбилеи.

— Числа восьмого. А обратно взяли билеты на семнадцатое.

— Не на весь отпуск, значит?

— Нет, Арине надо будет выйти раньше – с коллегой поменялись. А один я с этими сорванцами в дороге не справлюсь.

Послышались смех, шум возни и Аринин возмущенный голос.

— Ты-то как? – поинтересовался Петя.

— Да ничего. Видела сегодня Дениса.

Петя тут же ощерился – она поняла это по изменившемуся голосу.

— Что этому уроду от тебя еще надо?

— Встретил на улице, хотел поздороваться. Начал нести всякую чушь про то, как рад, что я не держу на него зла.

— Надеюсь, ты ему врезала, да посильнее?

— Если бы так, я сейчас с тобой бы не разговаривала, а сидела в отделении полиции.

Оба рассмеялись, и Петя вдруг спросил:

— Ты снова что-то видишь, да? Ты в Новый год так и не ответила мне.

Аня вздохнула и поудобнее устроилась на любимом стуле, наблюдая, как зажигаются на улице фонари и окна в роддоме через поле.

— Да, – призналась она. И сразу стало как-то свободно дышать – словно выбралась из трясины на твердую землю.

— Леша тоже видит. Я сначала не поверил, но он рассказал про бабушкину привычку качать ногой, когда чем-то недовольна. Ему же два года всего было, когда она умерла, как он такое мог запомнить?

— Он мне рассказывал, что видит еще и маму Арины. Только ей уж не говори.

— Ань, а почему они вообще здесь? – он, как и всегда, ей верил. В груди потеплело.

— Что-то не закончили, хотят кому-то помочь или не рассказали о чем-то, а теперь мучаются, не могут вспомнить, что именно. У каждого бывают свои причины, – Аня вздохнула и встала, чтобы включить свет. Карамелька тут же метнулась к миске в надежде, что ее покормят вне расписания.

— А что с нашей бабушкой? Ты ее спрашивала? – слова выходили у него будто чужие.

— Она часто приходит ко мне, когда я копаюсь в архивах. Видимо, ждет, что я раскрою какую-то тайну. А может, это и с ее прошлым связано.

— Но пока ничего?

— Ничего сверхъестественного.

Петя вздохнул, а потом сменил тему:

— Не скучно тебе в Джукетау? Там ведь и сходить некуда.

— И не с кем.

— А как же тот молодой человек?

— Тебе что, Евгения рассказала? Мы не встречались, она все приукрасила!

— Да расслабься ты! Она только упомянула, что ты с каким-то татарином роешься в архивах, и больше ничего.

— Он – внук бабушкиной подруги юности.

— У нее была подруга? Да еще татарка?!

— Вот и я сначала не поверила. Она меня приняла за бабушку, так что тут уже нет сомнений.

— Она что-то интересное рассказала?

— Не успела. Умерла через пару дней после нашей встречи. Вот поэтому я с Русланом и начала общаться.

— А сейчас как?

— Слушай, братец, ты что, интересуешься моей личной жизнью? – попыталась отвлечь его Аня, но Петя был тоже не лыком шит.

— Знаешь, пора уже отцепиться от теткиных юбок, иначе время потеряешь и останешься одна. Я за тебя переживаю, сестричка.