Книга Зима на Полынной улице, страница 31 – Денис Лукьянов, Татьяна Лакизюк, Анастасия Райнер, и др.

— Я просто дала ей бутылку с ракушками. Зря, конечно. Люди слишком много внимания уделяют смерти. Зачем она уехала на Юль от тех, кто ее любит?

— Хотела позаботиться? – сказал Ниссе, но его ответ прозвучал как вопрос.

— Лишить их радости провести с ней еще один Юль? Это забота? – не поняла Утэр.

— Теперь этот праздник проведем с ней мы, – примирительно сказал Ниссе.

— Да. Повеселимся, – буркнула Утэр.

Она снова превратилась в выдру и свернулась клубочком на дне лодки.

— Как думаешь, ей понравилась сегодняшняя прогулка? – спросил Ниссе.

— Как думаешь, что она приготовит завтра на праздник? – спросила Утэр.

На следующий день Утэр провозилась в углу за мотками веревки и достала полную корзину панцирей морских ежей и высушенных морских звезд.

— Самые лучшие экземпляры! – с гордостью сказала она Ниссе. – Моя коллекция! Я собирала ее лет шестьдесят, не меньше!

— Для чего они тебе? – обеспокоенно спросил Ниссе. – Ты куда-то уходишь?

Утэр расхохоталась.

— Нет. Я все-таки не так дорожу этим добром, чтобы везде его таскать за собой. Поэтому украсим ежами елку во дворе! На, неси! – Утэр протянула корзину Ниссе, и они двинулись к дому.

— Но елка же высокая и большая, – заметил Ниссе.

— У нас есть Хавёрн, – напомнила Утэр.

А морской орел уже их ждал, устроившись на верхушке дерева. Он слетел и обернулся юношей.

— Зачем я должен был прилететь пораньше? – спросил он, привычным движением смахивая челку.

— Будешь вешать игрушки! – сообщила Утэр, усаживаясь с катушкой у корзины.

И вскоре елка покрылась звездами и шарами морских ежей, красными и нежно-лиловыми.

В Розовый час на крыльцо вышла Анна.

— Привет, Хавёрн, – помахала она рукой духу. – Рада видеть тебя!

— Вы знакомы тоже? – удивилась Утэр.

— Дедушка нас давно познакомил, – улыбнулась Анна. – Какая нарядная елка!

Утэр гордо кивнула, радуясь своей придумке, Ниссе улыбался рядом, а Хавёрн сказал:

— Подождем полной темноты. У меня для вас тоже есть подарок.

— Я готовлю праздничный ужин. Что ты любишь? – спросила Анна у Ниссе.

— Кашу, – без раздумий ответил он, – с маслом.

Анна вздохнула:

— У меня нет ни каши, ни масла. Свиные ребрышки с картошкой и квашеной капустой подойдут? И пудинг?

Ниссе улыбнулся:

— Конечно!

Но Анна выглядела печальной.

— Жаль, что я не позаботилась о каше.

Ниссе взбежал на крыльцо и взял руки Анны в свои.

— Каша – это, конечно, важно. Но не самое важное для меня.

Анна покраснела, отвела взгляд и, высвободив руки, все еще смущенная, с бегающими глазами, спросила Хавёрна и Утэр:

— А вы что любите?

— Рыбу! – хором воскликнули они.

— Треска будет, – радостно кивнула Анна и, отважившись, посмотрела на Ниссе. – Мне нужна помощь домашнего духа.

— Я тут, – улыбнулся благодарно Ниссе.

Утэр проводила взглядом парочку, скрывшуюся за дверью, а потом сделала пару шагов назад и упала в сугроб, проламывая хрупкую корочку наста.

Хавёрн улыбнулся и плюхнулся рядом.

Утэр лежала в снежной колыбели, словно перепелка, зная, что за тонкой стенкой рядом лежит Хавёрн.

— Чувствую себя паршиво, – сказала Утэр.

Снег скрадывал ее голос, и он звучал глухо.

— Почему? – спросил Хавёрн.

— Из-за того, что была такой глупой троллихой и ответила на вопрос Анны.

— Она расстроилась?

— Не знаю, – донесся из-за снежной перегородки голос Утэр. – Но это неправильно – убегать от тех, кто тебя любит.