Книга Рок и Кара, страница 47 – Ксения Власова

Я закричала и взмахнула рукой. Она дернулась, столкнувшись с препятствием. Я моргнула, и ко мне вернулось обычное зрение.

Над моим лицом нависло лицо Воина. В его затуманенных глазах навсегда застыло изумление. Скрючившись, он держался за мою рапиру. Ее острие вошло в живот и застряло там.

Эфес рапиры выскользнул из моих рук, но это ничего не могло изменить. Воин покачнулся и медленно осел в воду. Его глаза остались распахнутыми уже навсегда.

Раздался истошный женский визг, а за ним последовал такой сильный раскат грома, что, казалось, земля содрогнулась.

На мое лицо упала капля дождя, затем еще одна. Я стояла, дрожа от боли и потрясения, и отрешенно взирала на тело поверженного соперника. Небо прорезали короткие и яркие вспышки. Барабаны замолчали.

Кончиком языка слизнув кровь с губы, я посмотрела на толпу. Она молчала, и в этой мрачной тишине особенно пугающе выглядело буйство стихии.

«Они не присягнут мне», – с отчаянием поняла я.

Невольно посмотрела на Рока и застыла, забыв даже о боли. С присущим ему достоинством он, не отрывая от меня взгляда, медленно опустился на одно колено.

По толпе пронесся шепот и оханье. В небе снова полыхнуло, и оно разверзлось. На землю хлынул ливень. Он затуманил зрение, и через его завесу, как сквозь дымку, я увидела, что один за другим все представители кланов, все зрители этого боя опускаются на колено и склоняют голову, признавая во мне победителя поединка и будущую королеву. Из груди вырвался лающий хриплый смех, похожий на кашель, и я подняла глаза к небу, подставляя лицо ливню. Его поток, словно лаская, смывал с кожи теплые разводы крови и липкие капли пота.

К горлу подступила тошнота, в глазах потемнело, боль снова обожгла раскаленным металлом. Обморок в этот раз не обрушивался, а наступал медленно. Ноги перестали меня держать, и я опустилась на камни мелководья. Прежде чем ухнуть в небытие, я снова услышала полный отчаяния женский крик и успела посмотреть в глаза его обладательнице.

Беременная жена Воина, прижав одну руку к огромному животу, а другой закрыв себе рот, смотрела на меня в таком ужасе, что я наконец вспомнила об одной важной детали, до этого с ловкостью мыши ускользавшей от моего внимания.

Завет предков требовал безжалостного уничтожения семьи проигравшего в поединке. И теперь мне, совершившей одно убийство, придется позволить случиться еще нескольким смертям.

«Божественные предки!» – в ужасе подумала я и рухнула в долгожданную темноту. В ушах по-прежнему стоял истошный женский крик.

Королева объединяет в себе силу сразу двух фигур: ладьи и коня. Находясь в центре шахматной доски, королева контролирует двадцать семь полей – больше, чем какая-либо другая фигура. Королева, бесспорно, самая сильная фигура на шахматной доске.

Когда я очнулась, день клонился к вечеру. В комнате уже появились сумрачные тени. В углу, где потрескивал дровами камин, они сплетались в причудливый узор с отблесками огня, и эта борьба света и тени заворожила меня. Затуманенным взглядом я долго всматривалась в скачущий по полу рисунок, в котором видела какой-то потаенный смысл, и пыталась его понять, пока не услышала рядом с собой, почти над ухом, женский вздох, наполненный облегчением и радостью: