Книга Черная невеста, страница 147 – Мария Покусаева

— Ронан, вы же помните? – Леди Тулли откашлялась, привлекая его внимание. – Та девушка на балу, которая чуть не упала в обморок. Флоренс Голдфинч.

— Так что с ней? – рассеянно переспросил Ронан.

— Убила мужа, – ответила леди Имоджена сухо. – Разве вы не слышали? Весь город только о том и говорит, что девчонка превратила своего старого мужа в кровавое пятно на стене. Это по вашей части, мистер Макаллан, – добавила она, поежившись. – Разрушительная магия. Как представлю, что она могла устроить такое здесь, на балу, дурно становится.

— Ну что вы, дорогая, – заворковала леди Тулли. – Все же хорошо.

Взгляд, который она бросила на Ронана, был грустным, как у старой собаки, провинившейся перед хозяином.

— Я был в отъезде, миледи, – сказал Ронан. – И не слышал всех новостей.

— Давайте лучше поговорим о чем-то хорошем! – Леди Тулли позвонила в колокольчик. – Вы слышали, что принцесса ждет первенца?

Конечно, об этом они слышали.

Когда Эдвард наконец вернулся, уже стемнело. Сквозь его сияющую улыбку пробивалась усталость, лицо было осунувшимся, а еще от Эдварда еле заметно пахло спиртным – виски, легко определил Ронан.

Леди Имоджена лишь поморщилась.

— Где ты был, милый? – спросила она, обнимая сына и позволяя поцеловать себя в щеку.

— Ох, матушка. – Эдвард сел за стол рядом с ней. – Важные государственные дела отнимают куда больше времени, чем хотелось бы. Я был во дворце. Спасибо, что присмотрели за мистером Макалланом, пока он ждал меня.

Эдвард неторопливо раскуривал трубку. Осенние сумерки сгустились, кабинет освещали лишь лампа на столе и огонь в камине. Обсуждение работы закончилось вместе с чаем, и сейчас беседа стала дружеской, не деловой.

— Прости, что заставил тебя ждать, – еще раз сказал Эдвард. – Есть вещи, которые невозможно предугадать.

— Важные государственные дела как-то связаны с чрезмерным употреблением виски?

Укол попал в цель. Эдвард усмехнулся и покачал головой.

— Его Высочество очень переживает из-за смены ролей. Будущее отцовство кажется ему чем-то куда более сложным, чем управление страной, а Ее Высочество, как ты можешь догадаться, пользуется своим положением и проявляет характер.

Элизабета, если хотела, могла быть совершенно невыносимой. Ронан почему-то представил, как она изводит капризами свой выводок мироверских змеек, и улыбнулся.

— А ты поощряешь пагубные привычки принца-регента и распиваешь с ним виски? – укоризненно спросил он.

— Не с ним! – Эдвард поднял палец. – А вместо него. С людьми, которые очень хотят воспользоваться мальчишеским смятением в своих интересах.

Принц Альберт, когда началось его регентство, казался потерянным щеночком, попавшим в вольер с зубастыми хищниками. Он успел вырасти и научиться скалиться, но был все еще неуклюж, длиннолап и пуглив. Ронану не хотелось думать, что могло бы произойти, не окажись при дворе его матери действительно преданных ей людей. Да и их преданность – тут Ронан иллюзий не питал – могла не пройти испытание большой властью.

— Ты же слышал про нее? – спросил вдруг Эдвард, глядя в огонь.

— Про кого?

— Про эту девушку… леди Найтингейл. – Эдвард покачал головой. – Что именно произошло?

Ронан удивился. Он ожидал подобных расспросов от леди Имоджены, но не от ее сына, который, если бы захотел, выяснил бы все, что нужно, сам.