Книга Дьявольские шутки, страница 159 – Лизз Демаро

— Мои команды уже встали на мою сторону, — прокричали вороны. — Теперь выбор должны сделать вы.

Чёрные вороны Бермуды и белые — Габриэля набрасывались один за другим на красных птиц и рвали их на части, иногда одерживая победу, иногда проигрывая. Но убитые алые вороны появлялись вновь и вновь говорили голосом Джеральдины.

Красные птицы сидели на каждом корабле, кроме «Палача», и Габриэль с силой сжимал борт своего корабля. Габриэль ненавидел Джеральдину, а Джеральдина ненавидела Габриэля. Они были в некотором роде похожи, но различий у них всё же было больше, и оттого вспыхнувшая между ними ненависть оказалась неизбежной закономерностью. Он что-то прошипел, но слишком тихо, чтобы кто-то его услышал, и быстро направился к каюте. Рядом стояли надменная Каприс и серьезный Кёртис.

Вороны продолжали свои бойни, но никто не мог одержать победу.

— Кажется, будет веселее, чем мы думали, — протянула Каприс, и было непонятно, то ли она сдерживала радость, то ли вдруг испугалась.

Но Палачи никогда не испытывали страха. Кёртис устало выдохнул и закатил глаза: он-то надеялся со всем расправиться быстро, но, видимо, придётся повозиться. Кёртис жаждал реванша с Ханной и Летицией. Эта сумасшедшая ведьма каким-то неведомым для него образом сумела его победить в прошлую встречу, но сейчас у неё не было шансов. Так Кёртису хотелось думать.

Ханна и Летиция были другого мнения:

— Этот подонок поплатится за то, что тогда сделал с тобой, — с гордо поднятой головой заявила Ханна.

— Этот подонок умрёт за то, что тогда сделал со мной, — с улыбкой ответила Летиция.

Они кивнули друг другу и поняли, что сражаться будут снова бок и о бок.

Вороны замолчали, белый туман стал приобретать алый оттенок, и это было похоже на тихое сражение: алый пытался победить белый, а белый давал отпор.

Кто-то молча смотрел на птиц, кто-то переговаривался и пытался принять правильное решение. Были и те, кто возгласами поддержал Джеральдину сразу. Корабли без парусов по другую сторону острова приняли предложение Дьяволицы не так торжественно. Вместо ликования — по большей части недоумение.

Те несколько кораблей, которые сразу же согласились последовать за Джеральдиной, в одну секунду ушли на дно.

— Так будет с каждым, кто пойдёт против меня, — раздался разгневанный голос Бермуды.

У штурвала «Пандоры» рядом с Олденом появилась знакомая не всем женщина в красном туманном облаке. Джеральдина хлопнула Олдена по плечу в знак приветствия, подняла руку и махнула Эйлерту. Уверенная, наглая и яростная — Эйлерт увидел её именно такой. Она не обратила внимания на то, что сделал Бермуда, и была уверена, что по ту сторону острова её корабли, её команды все ещё ждут её, что до них Бермуда не успел добраться, ведь даже он не мог быть одновременно и здесь, и там.

Олден отвесил ей полушуточный поклон и с обаятельной улыбкой на губах проговорил:

— Добро пожаловать на «Пандору».

— Капитан Эйлерт, «Неберис» отныне на вашей стороне, как и остальные мои корабли, — поприветствовала Джеральдина, приподняв свою шляпу.

Она спустилась к нему так, словно шла по палубе своего собственного корабля. Ханна радостно взвизгнула и кинулась Джеральдине на шею, заключая ту в объятия, но Джеральдина не реагировала, только положила ладонь на спину ведьме, а после тихо попросила прекратить. Ханна хотела бы обидеться, да только не получалось: это ведь Джеральдина, та самая капитанша «Небериса», та самая пиратка, о которой говорили все от нищего бродяги до Её Величества королевы.